Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

Неслыханное видение в черном не явилось всего лишь в компании сшитого человека и монстра. Ее вопли призвали запряженную козами тележку. А я думал, что она потеряла эту тележку у «Огня и льда». Только позже мне пришло в голову, что у злодеев могло быть более чем одно средство передвижения.

Козы трусили вперед.

Я сделал худший выстрел из моих последних. Стрела разминулась с женщиной и царапнула одно из животных. Обе козы сказали что-то непристойное на своем языке и понеслись.

Затянутая в кожу, аппетитная красотка сделала прыжок, вцепилась в задок повозки, повисла на ней и позволила уволочь себя из зоны обстрела.

Сшитый человек и монстр остались брошенными на произвол судьбы.

Принимая желаемое за действительное, я подумал, что слышу свистки, которые на самом деле не раздавались.

Я подался прочь от окна, схватил орудия хаоса и поспешил в комнату Дина. Там я быстро разобрал арбалет, сложил все обратно в сундук и толкнул его под кровать. Побежал вниз.

Монстр прорвался через заднее окно. Доллар Дэн пригвоздил два его щупальца к подоконнику кухонными ножами. Дин посыпал солью каждую часть чудовища, до которой мог дотянуться.

— Превосходно! — сказал я. — У вас все под контролем. Просто не выходите наружу, чтобы его достать. Я собираюсь посмотреть, что они сделали с дверью.

Я схватил длинную двузубую вилку, которой Дин обычно переворачивал жаркое. И тут заметил то, чего не замечал раньше.

У нашего кракена на щупальцах не было присосок. Одна сторона щупальца выглядела в точности так же, как и другая. Сомневаюсь, что я когда-нибудь видел кальмара или осьминога без присосок. У некоторых на присосках есть даже зубы.

Я обнаружил, что входная дверь почти сорвана с анкерных болтов. На самой двери, несмотря на ее массивность, появились трещины. Щепки усыпали прихожую. Но глазок был цел. В него я увидел горящие факелы и двух сшитых человек: один лежал, а второй ходил, спотыкаясь, небольшими кругами, все время забирая влево. Повернув голову направо, я высмотрел еще одного такого фигляра, тот просто стоял на месте.

Руками я опробовал засовы и замки. Все было исправно, хотя замок, на который жаловалась Синдж, работал с натугой.

Когда дверь наполовину открылась, низ ее ударился об пол. Дальше отворить ее не удалось. Но оказалось достаточно места, чтобы я вылез, вооруженный обычной дубинкой и кулинарной вилкой.

Мне не хотелось, чтобы меня засекли с чем-нибудь более опасным, ведь некоторые из вышестоящих личностей ухватились бы за любой предлог упечь меня в тюрьму.

Теперь я видел девять сшитых персонажей: трое лежали, четверо стояли, один медленно тлел, а еще один кружил, забирая влево. Потом с неба упал десятый, с зажигательной бомбой в руке. Огонь пополз из-под него, растекаясь в стороны.

Я уже собирался прошмыгнуть обратно в дом, как вдруг заметил запряженную козами повозку. Она стояла дальше по улице, рядом с домом миссис Кардонлос. На десять ярдов ближе ко мне виднелась какая-то темная груда. Она перемещалась.

О да! На сей раз этому милому созданию и мне пора было подружиться.

Я нырнул в кабинет Синдж и мобилизовал маленькую лампу, чтобы та приняла участие в патрульной службе.

Дверь снова закрылась не до конца.

Женщине нелегко было передвигаться с раненой левой рукой и левой ногой, но она была упряма. Она почти добралась до повозки, причем быстрее, чем я — до нее самой.

Примерно на полпути я нашел розовый парик.

— Ты кое-что обронила, любимая. Вот. Дай мне тебе помочь.

Странно. Ее прикид больше не выглядел так хорошо, как несколько минут назад.

Женщина повернулась посмотреть, кто с ней говорит.

— Фу!

Теперь ее лицо было на сорок лет старше.

— Это магический парик?

Я швырнул его на повозку.

Сзади, от моего дома, донесся оглушительный шум. Облако коричневого дыма взвилось вверх, освещенное горящим сшитым человеком. Несколько других сшитых получили мотивацию и начали путь в нашу сторону.

Из-за моего дома раздался пронзительный вопль. Как будто выла потерянная душа.

— Этого не может быть! — рявкнула женщина.

Она была полна решимости подняться на повозку без посторонней помощи. Ее переставший быть упругим зад предал ее. Она упала, стукнувшись подбородком.

Сшитые люди упали тоже.

Теперь женщина выглядела уродиной лет пятидесяти.

— Чем больше ты двигаешься, тем сильнее наконечники стрел будут терзать тебя изнутри.

— Я не сдамся.

Она снова начала вставать.

Я сунул свои орудия за пояс, поставил лампу, шагнул к повозке и сдернул покрывавшую ее парусину. Под парусиной оказалось вместилище настолько вонючее, что запах чуть не сбил меня с ног.

Но я все равно схватил женщину, сунул в повозку и уложил на правый бок.

— Держись. Ни одна стрела не задела крупный сосуд. Я вытащу их, и они не натворят непоправимых бед.

Где, к дьяволу, жестяные свистульки?

Я занялся ликвидацией улик, которые могли бы навести кое-кого на мысль об использовании незаконного оружия в гражданской стычке.

— Стисни зубы, девушка. Это будет ужасно больно.

Я начал со стрелы в плече. Ее наконечник торчал наружу, и я мог просто протолкнуть древко насквозь.

— Спасибо, что заглянула. Ты помогла мне во всем разобраться.