Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

Эта девочка начинала меня пугать. Я стал воспринимать ее как человеческую версию Пулар Синдж. Такое было в крови. Отцом Пенни был Чодо Контагью.

С Белиндой она не имела вообще никаких отношений.

Когда Бегущая по ветру заговорила, голос ее звучал ласково, с убедительностью бича:

— Вы двое осознаете, какое грязное преступление было совершено? Ничего подобного не случалось уже сотни лет.

Страфа рассмотрела наброски и картины:

— Это не игра.

Она помолчала.

Ей не хотелось бросать вызов детям. Подростки дают сдачи, даже если в корне не правы.

И все-таки она спросила:

— Что вы скрываете?

Как я и ожидал, они замотали головами с жалким подобием искренности. Однако мой здравый смысл говорил, что неискренность имеет отношение скорее к связи Кипа и Кивенс, чем к тому, что они знают что-то об ужасных преступлениях.

Их дружба могла зайти дальше, чем им хотелось признать перед матерью Кивенс и подружкой Кипа. Оба вели одинокую жизнь. И давно стали друзьями.

Каждый уловил, что такая возможность существует. Но мы собрались здесь не из-за этого. Я бы решительно вмешался, если бы дискуссия начала сворачивать в ту колею.

Я переглянулся с Синдж. Если и существовало подходящее время, чтобы Покойник вернулся к работе, то именно сейчас.

Кивенс продолжала никнуть под сердитым взглядом матери. То, что Бегущая по ветру — ее мама, было не важно. Важно было, что одна из самых ужасных и талантливых живущих ныне колдуний могла быть недовольна поведением негодного подростка.

— Ты совершенно уверена, что тебе нечего нам сказать? — спросила Бегущая по ветру.

Я надеялся, что она способна отделить Поток яростного света от Страфы Альгарды.

Она зашагала вперед, пока не очутилась с Кивенс нос к носу. И начала шептать. Девушка задрожала. Она готова была сломаться, но все-таки ничего не сказала.

Если она что-то и знала, это было нечто такое, что она по своей воле не выдаст.

Я тешил себя надеждой, что Покойник просто притворяется спящим.

Бегущая по ветру сосредоточила внимание на Кивенс, но включила в свою аудиторию и остальных, ясно давая понять: Танфер встретился с испытанием добра и зла более жестоким, чем любое другое со времен неконтролируемых экспериментов с магией, которые породили крысюков и тварей похуже, истребленных во время стихийных погромов, вызванных этими экспериментами.

На нас могло надвигаться еще одно Смутное время. Невежество и страх всегда с нами. Глупость вездесуща. Танфер может похвастаться бездонными резервуарами невежества, страха и глупости. Нашествие зомби способно породить нечто такое, перед чем померкнут все ранее виденные нами кошмары.

Потом Страфа подошла к делу с другой стороны.

— Кивенс, ступай со мной, — сказала она голосом Бегущей по ветру.

Они отправились в мой старый кабинет. Там все было тихо.

Морли опустился в более удобное кресло, которое раньше занимала Кивенс. Он всячески пытался скрыть, что ему больно.

— Ненавижу быть таким, — негромко сказал он.

— Ты и раньше бывал ранен.

— Но не так. Не так глупо. И в других случаях я знал — почему. Синдж, уже выяснили, кто заплатил лекарю, чтобы он меня отравил?

— Ответ будет — и да, и нет. Покойник видел женщину в памяти лекаря, но только смутный облик. — Синдж показала наброски Пенни. — Вероятно, вот эта женщина. Мисс Контагью при помощи мистера Колды и вынужденного сотрудничества с Детьми Света сейчас занимается этим. Остальные наши знакомые расследуют другое. Донесения пока не обнадеживают. Удивительно, что такое огромное злодеяние может оставить так мало свидетельств. Преступники гнусные, но осторожные.

Я задал вопрос, который не давал мне покоя:

— Почему?

— Гаррет?

— Почему те люди делают то, что делают? Если мы это выясним, круг поисков значительно сузится.

У Синдж был озадаченный вид.

— Брось. Преступники не просто проснулись однажды утром и решили: «Давайте повеселимся. Давайте раскромсаем мертвецов и создадим зомби-убийц».

— Они не зомби, Гаррет.

О педантичные умы!

— Как угодно. Ты знаешь, о чем я говорю.

— Да. И ты прав. Вопрос о мотиве пока не поднимался настолько четко. Поведение, которое мы видели, может иметь мало общего с мотивом.

— Оно имеет общее с тем, чтобы утаить происходящее. Глупая попытка скрыть то, что ни разу не всплывало наружу. Это и привлекло внимание.

— Мы можем никогда не узнать причин. Я подозреваю, что люди с Холма должны добраться до них первыми. Для этого у них больше возможностей.

Вероятно. Люди с Холма настойчивы.

Одна из них вернулась к нам с дочерью. Дочь была бледна. Бегущая по ветру выглядела мрачной.

— Кивенс скажет Барату, что тот должен прийти повидаться с тобой. Она и мистер Проуз встретятся со мной на складе в Квартале Эльфов. Расспроси Барата, а потом отправь его к нам. Никаких уверток. Я не ожидаю, что ему будет что-то известно, поэтому беседа не займет много времени. Тебе нужно еще что-нибудь от этих двоих?

— Нет.

Кире определенно было что-то нужно, но она держала рот на замке. Кипу придется объясниться с ней позже.

Синдж выпустила гостей.

Стоило двери закрыться, как Морли заметил:

— Эта женщина может быть крутой, когда на нее накатывает.