Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

— Ему нужно держаться осторожно, раз остальные собираются заняться тем же самым.

— Гаррет, окажи доверие тихой крысе. Джон слышал, какова ситуация. Он будет осторожен — в случае того маловероятного развития событий, что кто-нибудь заметит крысюка.

Ой! Девчонка снова в плохом настроении. Но она права.

— Понял. Теперь расскажи кое-что. Почему ты все время пишешь? Вряд ли требуется вести так много бухгалтерских книг.

— Я составляю записи обо всем, что с нами происходит.

Странно. Это смахивало на одну из тех истин, которые коварно многолики. Как будто тщательно подготовленный ответ дожидался на полке момента, когда возникнет неизбежный вопрос.

Ион Сальватор хохотнул. Он что-то знал.

Конечно же знал. Последние несколько недель даже молодняк вроде Краш и Киры знал больше меня обо всем на свете.

— Ион, насчет девушки, которая была тут прошлой ночью.

— Краш?

— Да. Она хорошая девчушка.

Синдж издала пыхтящий звук — возможно, от неожиданности.

— Уверен, что хорошая. А я был не на высоте.

Я продемонстрировал поднятые брови.

— Это так нервирует, — пояснил драматург. — Все задают одни и те же глупые вопросы. При этом не могут членораздельно их выговорить, потому что ошеломлены встречей со знаменитостью. Я напоминаю себе, что эти вопросы кажутся им уникальными. Но я не привык ко всему этому. Иногда теряю терпение.

Я вытаращил глаза.

— Что они сделали с моим другом Прилипалой? — спросил я Синдж.

— Ох, Гаррет! — засмеялся Ион. — Люди меняются, когда под их ногами сдвигается земля. Я больше не Пилсудс Вильчик. И не Прилипала — хотя это очень отрицательно сказалось на Торнаде. Я теперь всецело Ион Сальватор. Быть которым не всегда замечательно, хотя Ион Сальватор — живая фантазия, которая каждую ночь убаюкивала Пилсудса Вильчика.

Все, что я смог бы сказать, это «ух ты». Но я придержал реплику при себе.

— Постараюсь загладить вину перед Краш, — сказал Сальватор.

Да я просто превратился в доброго папочку!

Не успел я вымолвить ни слова, как Синдж шумно выдохнула.

Моя маленькая Адская Дыра была работящей девушкой с обширным опытом самостоятельной жизни.

— Я буду образцовым джентльменом, — пообещал Сальватор.

Должно быть, у меня был скептический вид.

— Гаррет, я сознаю, какое у нее ремесло, хотя никогда об этом не упоминал. Если она притворяется леди, я притворюсь, что я джентльмен.

Синдж встала из-за стола с вердиктом:

— Вы оба сентиментальные, романтичные идиоты, обитающие в мире, где выживают только прагматики. — И вышла из комнаты.

— Я просто хотел, чтобы Краш могла получить что-нибудь приятное без необходимости прежде под кого-нибудь лечь. У этой девушки доброе сердце. И она заслуживает минуты, когда от нее не требуется быть шлюхой.

Знаменитый драматург продемонстрировал дурацкую ухмылку и поднял вверх большой палец.

— Я понял. Но мне понадобится помощь, поскольку мы собираемся притвориться, что я знаю о ней только то, что она привлекательный подросток.

78

Синдж покинула нас, чтобы ответить на стук в дверь.

Она вернулась с невероятным дуэтом: Белиндой Контагью и Уэстменом Тупом; оба визитера были переодеты. Из Тупа получился убедительный пожилой громила. Не знаю, кого хотела изобразить Белинда. Она оделась в более консервативном стиле, чем обычно, и напялила кудрявый каштановый парик, изменивший форму ее лица. Она бы сошла за мою сексуальную младшую сестру.

Белинда двинулась в мой старый кабинет.

Туп, похоже, рано начал праздновать Белый день[6]. Романтический праздник. Любовники дарят друг другу сладости. Но и друзья тоже. Я поморщился при этой мысли. Белый день мог влететь в порядочную сумму, если я принесу коробки дружбы всем девушкам, какие были и есть в моей жизни. Ха! Одну для миссис Кардонлос! Это может быть весело.

Я сделал заметку на память: спросить Дина, не сумеет ли он раздобыть партию коробок по сниженным ценам.

Тупа штормило, как корабль с пьяным капитаном при пятибалльном волнении — может, даже при шестибалльном. Ему понадобилась помощь Синдж, чтобы усесться.

— Какой снаружи ужасный мир, Гаррет! Ужасный мир.

Ион Сальватор кивнул в знак согласия:

— Без сомнения, вы правы. Но я из тех, кто любит слушать печальные подробности.

Я бросил вопросительный взгляд на Синдж. Под предлогом визита Тупа она так рано вытащила меня из постели.

Синдж пожала плечами.

У генерала было чем поделиться? Или он здесь только в надежде раздобыть новую порцию бесплатной выпивки?

В доме было полно горючки Птицы.

— С той ночи остались крепкие спиртные напитки? — небрежно спросил Туп.

Синдж извлекла полгаллона лучшей, самой чистой живой воды, какую когда-либо гнали в Каренте. Достала также внушительных размеров кружку и наполнила ее для Тупа. Для Иона Сальватора и меня нашлись маленькие чашечки, примерно унции на две.

Что она затевала? Из-за нее Туп отрубится, и его стошнит на ковер.

Я не позволил пугающим мыслям отвлечь меня от наслаждения выпивкой.

Эта череподробилка на вкус была как продымленное лекарство. Но я прихлебывал ее просто за компанию.