Прохождение тундры. История и гендер на Дальнем Востоке России

Но, несмотря на эти публичные вспышки гнева и несдержанность, Лидия все же не была бессердечной матерью. Она начала винить себя в том, что пустила события на самотек. Она изводила себя вопросами: почему она не может как следует заботиться о детях, почему их отцу было суждено умереть? Думала она и о том, как ей улучшить свое положение. Может быть, покинуть Оссору и переехать куда-нибудь в другое место? Или заняться уличной торговлей, открыть ларек и продавать одежду, косметику и прочие товары?[32] Но в конце концов она отвергла эти планы как глупые и нелепые. Они были невыполнимы, потому что у нее не было на это денег. Собственно, в этом, по ее признанию, отчасти и состояла проблема. Именно из-за этого у нее возникли конфликты с Зиной. Как бы она обеспечила молодой паре жизненное пространство? Купить им новое жилье она не могла: не было денег. И, конечно, она понимала, почему Зина рвалась прочь из дома: у нее не было своей комнаты, ей хотелось встречаться с парнями, а вместо этого приходилось постоянно нянчить младшего брата, потому что у матери не было денег на ясли. Такие же желания, как у любого подростка в Оссоре. Но Лидия также думала о том, что Зина совсем молода. Она предпочла бы, чтобы дочь принимала решения разумно и без спешки. Она не хотела, чтобы та упустила свой шанс, жила в бедности, осталась без денег или образования. Достаточно того, что это случилось с ней; почему теперь должна страдать Зина? И вот, глядите, что она натворила. В пятнадцать лет бросила школу, беременна, и в будущем ей ничего не светит. Лидия была одновременно обеспокоена и взбешена. Но никакие опасения Лидии не смогли поколебать решение Зины. Девушка ушла из дома.

Надо признать, что, хотя Лидия открыто осуждала поступки Зины, она не отказалась помочь дочери, когда та обратилась за помощью. На седьмом месяце беременности Зина ушла от мужа и решила вернуться домой. Лидия предложила освободить в квартире угол, где Зина смогла бы жить с новорожденным. Так она и сделала.

Любовная связь

В период, когда Лидии становилось все труднее справляться со своей жизнью, она навлекла на себя гнев родни. В 1994 году любовником Лидии стал русский рэкетир Дмитрий. Он был молод и хорош собой, а также агрессивен и дерзок. Его мать, не желавшая мириться с криминальной деятельностью сына и хвастовством его приятелей, выгнала его из дома, не заботясь о том, куда он пойдет. Дмитрий пошел прямиком к Лидии. Ее родные встревожились: они ожидали от нее большей сдержанности и надежности. Дети жаловались, что их часто не пускали в единственную комнату в квартире и заставляли торчать на кухне или в коридоре. Утешались они тем, что отпускали презрительные шутки и злобно насмехались над обоими взрослыми. Сестры Лидии презирали ее любовника: если она не перестанет вести себя как шлюха, заявили они, то скоро останется одна. Брат тоже постепенно отвернулся от нее, не понимая, «что на нее нашло». Мать Лидии молчала.

Связь Лидии с Дмитрием была весьма неоднозначной. Сначала, по словам Лидии, она завела любовника из-за того, что была сыта по горло удручающими условиями своей жизни; ей хотелось хоть каких-то перемен, и любовник для этого подходил как нельзя лучше. Но Дмитрий начал жить у Лидии целыми неделями. Она готовила ему еду, покупала водку, сигареты и даже такие дорогие и дефицитные продукты, как масло и сыр. Но, хотя она жила с ним, она отказывалась ему стирать, приглашать его друзей или наводить ради него чистоту в доме. Она ему не служанка, говорила она. А он ей не хозяин.

Но эти ее доводы не казались убедительными другим жившим по соседству корякским женщинам. Многие из них, как и Лидия, были вынуждены растить детей без помощи мужей или бывших любовников и при этом жили в еще более тяжелых условиях. На окраине поселка есть темное, сырое сооружение, похожее на бункер; сюда переезжают женщины с детьми, не получающие поддержки родственников или друзей. Я хорошо знала некоторых из этих женщин и часто навещала их. Они сомневались в том, что Лидии есть дело до своих детей: как мать она должна была заботиться о них лучше. Что мог предложить ей любовник? Удовольствие? Этого явно недостаточно, чтобы поселить его у себя. Вдобавок ко всему Лидия еще и кормила его. Зачем ей это нужно? На эти вопросы Лидия язвительно отвечала, что все это уже не раз слышала, большое вам спасибо; она сама решает, как ей жить, и в любом случае ее дети живут не хуже, чем дети этих соседок. Дмитрий остался у нее, и каким бы властным и наглым он ни был, она не спешила выполнять все его требования.