Психология и педагогика обучения дошкольников

Маленькие дети не замечают вокруг себя букв и цифр, при этом они часто видят то, чего не видят взрослые. Причина здесь проста: буквы и цифры, как и вообще графические знаки, пока ничего не значат для детей, так же как для взрослых часто ничего не значат предметы и явления, способные заинтересовать малыша. А того, что ничего для нас не значит, мы чаще всего и не замечаем.

Если взрослые специально не обращают внимание ребенка на буквы, то он начинает их выделять где-то с трех с половиной – четырех лет. Некоторые, вполне нормально развивающиеся дети не воспринимают букв и до четырех с половиной лет. Все зависит от насыщенности среды, в которой живет ребенок, графическими знаками и наличия вокруг него старших детей, уже знающих буквы и говорящих о них.

Ребенок, который стал замечать, что есть такие значки, не просто выделил их из окружающей среды как какие-то непонятные рисуночки – он обязательно открыл для себя, что эти рисуночки что-то значат, что взрослые и старшие дети их понимают. До определенного момента своей жизни малыш относится к тому, что взрослый читает ему сказку по книжке, узнает время, когда покажут мультфильм, по телевизионной программе, напечатанной в газете, как к некоей бытовой магии. Он так же относится и к телевизору, и к телефону, и к бытовой технике: она действует, ею можно пользоваться, а как это получается, неизвестно, да и не очень пока интересно. И к чтению окружающих его старших он относится так: просит почитать, а как это – читать – не задумывается. Но постепенно, из наблюдений за старшими, он начинает понимать, что читают они по этим самым буквам. Может быть, взрослые сами, незаметно для себя, сообщили ему об этом, например: «Видишь, написано: „Нет мороженого". Н-е-т, понятно?» – и малыш действительно понял.

Но пока до чтения еще очень далеко. Ребенок только узнал, что эти значки – буквы, а буквами записывают слова. Он не задумывается о том, что каждая буква обозначает отдельный звук, да и о том, что слово вообще можно разобрать на отдельные звуки. Для него слово, это его смысл, это то, что оно значит.

Малыш может уже знать несколько букв «в лицо», то есть узнавать их и уметь рисовать. Эти умения не имеют ничего общего с умением читать. Ребенок просто знает эти несколько букв, как он знает другие предметы, их форму и название. Дети интересуются буквами, рисуют их, узнают их, встречая на улице или в заголовках книжек. В это время буквы для ребенка самоценны. Он еще не стремится что-либо ими выразить, он просто их рисует и радуется, что они у него получаются. Иногда дети умеют «писать» печатными буквами несколько, до пяти – семи слов (редко больше), по сути не умея еще сложить из букв ни одного слова. Такое «письмо» – это просто рисование нескольких слов, которые ребенок буквально запомнил, это копирование по памяти. Нередко ребенок, умеющий подписывать печатными буквами без ошибок свою достаточно трудную фамилию (скажем, Расторгуев), не может написать простенькое слово, например, «дед», которое никогда еще не писал. Он даже не знает, как к этому приступить, хотя, возможно, знает почти все буквы.

Точно так же ребенок в этой стадии развития и читает. Вспоминается четырехлетняя девочка, которая безошибочно находила любую сторону пластинки, одной из двух, составляющих альбом, по только ей известным признакам. Ориентировалась она, несомненно, на надписи (все остальное на пластинках было идентично), но читать она не умела совсем, хотя и знала буквы.

Это положение хорошо иллюстрируют следующие случаи. Мальчик читает по буквам: «3-И-Л». Мама спрашивает: «Что написано?» – «Холодильник!» Нам приходилось наблюдать четырехлетнюю девочку, которая, дожидаясь своей очереди к врачу в поликлинике, коротала время за рассматриванием книжки и «читала» по буквам: «Г-А-Л-Ч-О-Н-О-К». Сидящая рядом чья-то бабушка умилилась: «И сколько же тебе лет?» – «Четыре!» гордо ответил ребенок. Бабушка продолжала: «А что же тут написано?» «Катя!» – уверенно ответила девочка Катя, не сомневаясь, что знает, что говорит.

В четыре-пять лет способность ребенка действовать с буквами проявляется очень заметно для близких, что и провоцирует родителей начать с ребенком «заниматься». Взрослые часто совершенно ошибочно полагают, что если малыш знает буквы, то он сможет и разбирать записанные слова. Они бывают очень разочарованы, когда обнаруживают стойкое нежелание иметь дело со словами, буквами и вообще с книжками.

Чтобы ребенок действительно смог перейти к осмысленным действиям с буквами как знаками, символизирующими звуки, из которых состоит звучащее слово, должна полностью реализоваться первая стадия спонтанного обучения.

Если мы вспомним, что для нее характерно, то поймем, что ребенок и не должен сейчас отрабатывать способ действий с новым для него материалом: он погружен в материал, являющийся для него самоценным, интересным сам по себе, он манипулирует с буквами, как манипулировал с ложкой или с краской и кисточкой.