Пульт управления тревогой. Проверенный метод доказательной психологии. От психотерапевта с опытом более 10 лет

Постепенный невроз. Александр был тревожным ребенком, избегающим: ему не хотелось, точнее, было тревожно общаться с детьми, быть в детском садике, хотелось домой, потом в школе так же хотелось домой, в зону комфорта. В эти тревоги он не шел, пытался всего избегать: избегать английского, потому что там много детей, а он стеснялся своего произношения, избегал каких-то мероприятий, собраний в школе и так далее. И вот случился локальный эпизод. Когда Александр окончил медицинский университет, его распределили в большую психиатрическую больницу. Однако амбиции у него были совсем другие – он думал о бизнесе, о деньгах, о том, что он не хочет отрабатывать распределение в государственной системе здравоохранения за копейки. В общем, все, что происходило в его жизни в тот момент, ему абсолютно не нравилось. И конечно, у него на работе довольно часто происходили очень неприятные, но закономерные события: давление со стороны руководства, поручение организационных дел, не входящих в спектр его служебных обязанностей. Александр свое мнение никогда не высказывал, не высовывался, продолжал тревожно избегать. Когда он получил свою первую зарплату, то впервые в жизни (из-за подобных вещей) заплакал. Он думал, что это, наверное, пришла какая-то часть, а вечером придет другая, но это была вся зарплата, и равнялась она примерно 250 долларам за месяц, аванс – 80 долларов. Но с этим Александр ничего не сделал, потому что все было тревожно: уезжать за границу тревожно, отстаивать свое мнение тревожно. Он находился в дискомфортной зоне комфорта. Комфорта, потому что ему было где жить, была машина, были какие-то деньги, которые он зарабатывал различными способами, не связанными с основной деятельностью. Но жилось дискомфортно – дискомфортный комфорт. Мышление Александра не соответствовало его образу жизни.

Вот он, классический путь формирования невроза. Но не хватает маленькой детали – триггера. Однажды в отделении кардиологии Александр случайно укололся иглой от шприца. У него возник естественный страх, что вполне рационально: «Вдруг эта игла заражена гепатитом или ВИЧ-инфекцией?» Я намеренно привел лишь небольшую часть истории, так как на ее примере будут показаны правила игры неврозов в последующих главах (десятки однотипных тестов на ВИЧ, ожидание сероконверсионного окна[2]). С каждым днем страх перед ВИЧ-инфекцией усиливался. Александр ждал несколько месяцев, но в итоге решился сдать анализы, и те оказались отрицательными. Однако тревога не уменьшалась. Появились навязчивые мысли о ВИЧ, о том, что результаты анализа могут быть недостоверны. Он начал совершать избегающие компульсии: стал каждый день измерять температуру тела, зарегистрировался на форуме ВИЧ-инфицированных, постоянно читал статистику по способам заражения и симптомам. Заметили? Фокус сместился с реальных дел на невротические. Зачем? Это способ глобального избегания.

Вы спросите: а как же это связано с его образом жизни напрямую? Страх именно перед ВИЧ-инфекцией несет абсолютно случайно-вероятностный характер и был связан с глобальной тревожностью и избегающим поведением Александра. Важно отметить, что тревожность и избегающее поведение никак не были связаны с основным страхом.

Александр не вышел из своей дискомфортной зоны комфорта, продолжал так же работать, так же общаться, никуда не ходить, не рисковать и получать свою зарплату в 250 долларов. И как-то его укусил клещ. Мгновенно появилось недомогание, показалось, что немного повысилась температура тела, хотя он ее не измерял. Александр – и это закономерно для невроза – решил, что у него боррелиоз Лайма[3]. Следующие полгода он провел в коммуникации с врачами-инфекционистами в страхах и тревоге, которые забирали очень много энергии. Естественно, на другие дела сил не хватало, потому что все время проходило в тревожности и в поисках врачебных консультаций в качестве избегающих компульсий. Следующий год был потрачен на синдром раздраженного кишечника: десятки анализов и таблеток. А с чем это было связано? С продолжением тревожно-избегающего образа жизни – вот реальная причинно-следственная связь. Вы думаете, на этом все? Однажды Александр проснулся утром, и у него начали болеть суставы, симулируя ревматоидный артрит. А поскольку у его матери как раз был ревматоидный артрит, тревога усилилась, он был убежден в диагнозе, так как симптоматика была сильная. Воспалились (действительно воспалились) суставы на руках и ногах. Анализы были в норме, но вот симптоматика продолжалась около двух-трех месяцев. Следите за цепочкой событий. Одни симптомы сменялись другими, Александр реагировал на эти симптомы невротически, подозревая то ревматоидный артрит, то ВИЧ, то боррелиоз Лайма. На что здесь нужно обратить внимание? Развитие тревожного расстройства постепенное, закономерное, причинно-следственные связи ясны. Теперь приведу пример второго варианта развития событий.