Путешествие героини. Женский путь к целостности

«Расскажите мне о том, как быть женщиной, – просит тридцатипятилетняя дама. – Мое тело весит больше девяноста килограммов, я вообще не отождествляю себя с женственностью. Я знаю, каково это – быть матерью, мне нравится заботиться о детях и своих клиентах, но я не отождествляю себя с сексуальной женщиной. Родители всегда предостерегали меня от нежелательной беременности, я даже верила, что, если такое случится, меня вообще не пустят домой. Поэтому в 13 лет я начала набирать вес, чтобы защитить себя. Помню, как в восьмом классе пришла на школьный бал и самый популярный мальчик подошел ко мне и пригласил на танец. Я так боялась его прикосновений, что грубо отказала. Сразу после этого я начала есть».

Многим женщинам так трудно жить в своем теле, что они пичкают его едой, алкоголем, доводят до изнеможения чрезмерными физическими нагрузками, чтобы избавиться от дискомфорта. Если дочь начинает отождествлять себя с мужчиной, стремясь угодить отцу, она делает акцент на развитии своего интеллекта и отвергает тело. Она забывает, как прислушиваться к его желаниям и нуждам. Тело разумно: оно знает, когда хочет есть и пить, нуждается в отдыхе, физических упражнениях, желает или не желает секса и находится в состоянии дисбаланса. Однако многие из нас приучены игнорировать сигналы, исходящие от тела.

Женское тело становится общественным достоянием, о чем наглядно свидетельствует ажиотаж вокруг абортов. У каждого свое мнение о том, что женщина должна или не должна делать со своим телом. Девушки, возможно, мечтают о руководящих должностях, с властью и статусом, но им говорят, что это не подобает женщине, ее роль вспомогательная. Годами женщинам твердили, что в бизнесе они не смогут работать так же хорошо, как мужчины, потому что у них случаются менструации и роды. Ни для кого не секрет, что, несмотря на успехи женщин за последние десятилетия, их по-прежнему зачастую не продвигают по службе и не повышают зарплату, поскольку они уходят в декретный отпуск.

Если мать девушки не ценила свое тело или пренебрежительно отзывалась о своем поле либо других женщинах, она вряд ли правильно заботилась о теле своей маленькой дочери[127]. Некоторые рассказывают дочерям страшные истории о потере невинности или родовых муках, поэтому многие девушки боятся секса, ненавидят свое тело и постепенно глушат свои инстинкты. Если «в семье акцент делался на идеальном поведении без подлинного осознания сущности ребенка, девочка очень рано осознавала, что инстинктивные реакции неприемлемы. В итоге ее гнев, страх и даже радость оказались загнаны в мускулатуру ее тела, заперты там и недоступны для повседневной жизни. Когда подлинное чувство отделено от инстинктов, внутренний конфликт либо остается в бессознательном, либо проявляется в соматических недугах»[128].

Наиболее очевидная причина отделения женщины от своих телесных ощущений – инцест, сексуальное или физическое насилие. Когда девушка подвергается сексуализированному насилию со стороны обладающего властью мужчины – отца, брата, дяди, дедушки, друга семьи, учителя, врача, тренера или руководителя, – она заставляет свое тело онеметь, чтобы забыть унизительную боль, связанную с травмой. Однако боль не исчезает вместе с ее непосредственной причиной. Переживание сохраняется в теле в месте повреждения (обычно это губы, грудь, половые губы, влагалище или шейка матки), вызывая скованность, физическую боль, непонятные ощущения удовольствия, онемение или болезнь. Многие из моих клиенток, которые подверглись сексуальному насилию в раннем возрасте, либо становятся невероятно чувствительными специалистами по работе с телом, либо полностью перестают понимать свою физиологию. Они либо превращают травму в опыт глубокого осознания того, как боль и смятение заперты в теле и могут быть высвобождены, либо защищают свое израненное тело, отключаясь от инстинктов и интуиции. Они больше не доверяют «чутью», ведь попытки прислушаться к своему телу вызывают неприятные воспоминания и чувства.

Совершив нисхождение и поднявшись обратно, женщина возвращает себе тело и не только восстанавливает собственный физический образ, но и воплощает святость женского начала для всех нас. Она начинает осознавать свои потребности. Ее поведение и действия – правильное питание, физические упражнения, принятие ванн, отдых, лечение, занятия любовью, роды и угасание – напоминают нам о святости женского начала. Для многих женщин, включая меня, самыми глубокими моментами были физические: объятия, занятия любовью, кормление грудью. Ничто так не приближало меня к священному экстазу, как роды. Священное имеет плоть, и душа человека, как и душа культуры, не может развиваться, если тело не признают и не почитают.

Размышляя о женщинах, которые привносят священный аспект женского тела в свою работу и жизнь, я вспоминаю Арисику Разак, акушерку из калифорнийского Окленда, которая создала «танец вульвы», чтобы почтить женскую сексуальность.