Путешествие героини. Женский путь к целостности

Это вопиющий пример того, как утратившее связь с жизнью, раненое, опасное мужское начало цепляется за свое восприятие реальности. В каждом из нас есть что-то подобное. Мы слепы к жесткому, целеустремленному, доминирующему мужскому началу, которое контролирует нашу психику. Каждый раз, когда мы отрицаем свои чувства, тело, сны и интуицию, мы служим этому внутреннему тирану.

Женщина может исцелить этот внутренний дисбаланс, только привнеся свет сознания в темноту. Она должна быть готова встретиться лицом к лицу с теневым тираном, дать ему имя и отпустить. Для этого необходимо пожертвовать бессмысленной привязанностью к власти эго, финансовой выгоде и пассивной жизни. Это требует мужества, сострадания, смирения и времени.

Задача героини – не победить, а смириться, принять свои безымянные, нелюбимые стороны, которые стали деспотичными, потому что она их не контролирует. Нельзя идти по жизни вслепую. Придется исследовать все конфликтующие части себя. У каждого из нас есть драконы, прячущиеся во тьме. Это испытание, по словам Эдварда Уитмонта, требует «силы, чтобы выдержать осознание конфликта и страдания от него и отдаться ему»[178]

. Задача героини – просветить мир, полюбив его, но начать с себя[179].

ВЫСВОБОЖДЕНИЕ МУЖЕСТВЕННОСТИ

В 1984 году накануне группового путешествия в горы Санта-Крус мне приснился сон. Голос сказал: «Возвращение к женскому началу будет возможно, когда мы высвободим мужественность». В этом загадочном послании я впервые услышала термин мужественность

, но поняла, что он означает «Я выдержу все, я сильный. Мне не нужна ничья помощь. Я самодостаточен. Я могу все сделать сам». Это голос стереотипного героя, почитаемого в нашей культуре.

Голос из сна явно говорил с сарказмом. Утром пошел проливной дождь, и под ним мы начали 40-километровый поход, который продолжался четыре дня. Из-за постоянной сырости и отсутствия у меня необходимого защитного снаряжения пришлось призвать на помощь всю силу и выносливость. Но я поняла, что голос призывал меня отказаться от архетипа «одинокого рейнджера».

В жизни каждой женщины наступает момент, когда ей необходимо делать выбор. Это может быть дилемма, касающаяся отношений, карьеры, материнства, дружбы, болезни, старения или перехода к зрелости. На один миг – или месяц, или год – ей предоставляется возможность, которая когда-то открылась перед Парсифалем: возможность войти в ситуацию, оценить ее и спросить: «Что со мной?»

Если женщина вольно или невольно выбрала путь мужественного воина, она может либо стоически продолжать двигаться в одиночку, развивая самобытность и познавая всю широту власти и признания в мире, либо усвоить навыки, приобретенные в путешествии героя, и соединить их с мудростью женской натуры.

Ей нужно мужское начало: «Бессознательное не может пройти процесс индивидуации самостоятельно, нужно привлечь и сознание. Для этого необходимо сильное эго»[180]. Но ей нужны отношения с позитивным внутренним мужским началом, Мужчиной с сердцем. Он поддержит ее и придаст сил, чтобы исцелить ее усталое эго и вернуть ей глубинную женскую мудрость. Чтобы появился этот Мужчина с сердцем, ей нужно уважать свою женскую природу.

СВЯЩЕННЫЙ БРАК

Благодаря священному браку, иерогамии, единству всех противоположностей, женщина вспоминает о своей истинной природе. «Это момент осознания, своего рода воспоминание о том, что в глубине души мы всегда знали. Текущие проблемы не решаются, конфликты остаются, но страдания такого человека, если тот не избегает их, приведут уже не к неврозам, а к новой жизни. Человек интуитивно понимает, кто он (или она)»[181].

Священный брак – это брак эго и самости. Героиня осознаёт движущие силы своей женской и мужской природы и принимает их. Джун Сингер пишет:

Мудрец однажды сказал, что цель мужского начала – совершенство, а женского – целостность. Если вы совершенны, то не можете быть целостным, поскольку должны отбросить все несовершенства своей натуры. Если вы целостны, то не можете быть совершенными, ведь целостность означает, что в вас есть добро и зло, правильное и неправильное, надежда и отчаяние. Так что, возможно, лучше довольствоваться чем-то меньшим. Пожалуй, стоит принимать жизнь такой, какая она есть[182].