Радужное тело и воскресение. Духовное достижение, растворение материального тела и случай Кхенпо Ачо

Мессия предстаёт как видимое тело Будды, как представляют и Гараба Дордже в жизнеописании начала XI в. Использование «мнимых слов» перекликается с буддийским представлением о применении понятий в качестве искусных средств, которые позволяют выходить за рамки понятий к постижению совершенной истины. Различение между познанием и ви^´дением [сознанием и чувственным восприятием] отражает учение буддийской Абхидхармы и Виджняптиматры о пяти телесных чувствах, внутреннем «сосуде» (аятане), который получает от них восприятия, и управляющем ими принципе сознания, виджняне. Шестой, управляющий принцип сознания – «ментальное сознание» – философы только-ума[17] описывают как имеющий три аспекта: «Ментальное сознание приписывает предметам имена, воспринимает отчасти скрытые предметы, такие как непостоянство и пустота, неправильно понимает различие субъекта и объекта как отдельных сущностей и т. д. Ум-основа всего, или ум всеосновы (алая-виджняна) не познаёт пустоты, хотя в ней содержатся семена, которые созревают и побуждают ментальное сознание это делать. Осквернённый ум, седьмой из восьми видов сознания, ошибочно воспринимает ум всеосновы как самосущую личность. Хотя ум всеосновы, поскольку он есть перерождающаяся сущность, действительно оказывается реальной личностью, если её [личность] искать, самосущей личности не найти. Таким образом, седьмой вид сознания описывают как осквернённый четырьмя ментальными факторами: представлением о самости, омрачением относительно самости, гордостью за себя и привязанностью к себе. Когда эти ментальные факторы побеждаются их противоядием – осуществлением бессамостности, остаётся незапятнанная сущность седьмого вида сознания. Затем, когда в состоянии будды совсем и навсегда исчезает понятие о субъекте и объекте как отдельных сущностях, седьмой вид сознания превращается в мудрость равенства, постигающую все явления как равно свободные от сущностного различия между субъектом и объектом»¹⁹⁰. Представление о том, что предметы чувственного восприятия реально не существуют, отражает точку зрения мадхъямаки – философии Срединного пути Нагарджуны. Большинство терминов в нашем тексте также отражают учения о восприятии, чувствах и разуме из Kephalaia Gnostica, небольшое собрание цитат из которой я приводил выше (с. 203–210). Вообще говоря, этот отрывок сильно перекликается как с христианскими созерцательными взглядами, так и с буддийскими взглядами на ум и отречение, являю-щееся предпосылкой духовного достижения. Понятие «сфера тленного» как на китайском (ranjing), так и на тибетском ('jig rten) описывает мир как вместилище всего составного и непостоянного. Идея о том, чтобы сделать всю реальность сияющей, как мы говорили, сближается с тантрическим буддизмом, но также отражает самопонимание христианства как «религии света». Более того, поскольку речь адресована Петру, этот отрывок предполагает, что действие происходит на горе Фавор, где Христос преобразил своё тело в свет, а значит, явил себя «не обычным человеческим воплощением».