Развивающийся разум. Как отношения и мозг создают нас такими, какие мы есть

Как взрастить целостное чувство «себя» как внутреннего и внешнего одновременно? Как мы можем развивать интегрированную идентичность? Вы, возможно, заметили, что некоторые идеи в этой книге были представлены в виде мнемонических сокращений – надеюсь, полезных. Например, речь про ПНРЗ, упражнение, которое мы делаем, чтобы присутствовать, быть настроенным, резонирующим и заслуживающим доверия; ЛОПЛ для любопытства, открытости, принятия и любви, и поток ГАПЭС – интегрированная система, которая является гибкой, адаптивной, последовательной, энергичной и стабильной, и некоторые другие.

Есть еще один термин, который поможет обобщить большую часть того, что мы исследовали вместе. Когда мы думаем о многочисленных проблемах, с которыми сталкивается человечество, нам может быть полезен какой-то способ выйти за пределы современных культурных конструкций одиночной личности. Отделенные от природы, мы относимся к Земле как к мусорному баку; отделенные друг от друга, мы сражаемся и творим разрушения. Опыт разлуки и страдание от разъединения, вероятно, создают у нас «ощущение себя», в котором мы изолированы и одиноки. Возможно, «виноват» построенный на состоянии угрозы менталитет «мы против них». Мир может казаться разорванным на части как раз тогда, когда нужно коллективно противостоять вызовам и кризисам, с которыми сейчас сталкивается эта чудесная планета, которую мы назвали Землей.

Члены семьи не всегда ладят. Но, в конце концов, даже соперничество между братьями и сестрами можно преодолеть: любовь братьев и сестер может свести нас вместе. В английском языке для «братьев и сестер» есть специальное определение – «сиблинги». Термин «сиблинг» может стать полезным мнемоническим знаком. СИБЛИНГ означает:

С: Сам «я» – ощущение того, «кто я есть», которое может переживаться как сущность или смысл происходящих событий. Не может быть никакого «абсолютного я», но существуют нейронные корреляты, включая активность сети режима по умолчанию – РПУ, – которые активируются, когда мы думаем о прошлом или планируем будущее. Когда РПУ чрезмерно активирован, когда он чрезмерно дифференцирован от остального мозга, это связано с озабоченностью собой, изоляцией, тревогой и депрессией. «Я и мое» находятся в центре гиперактивного РПУ. Когда он хорошо интегрирован с другими частями мозга, особенно латеральными или боковыми областями, то укрепляет нашу способность к пониманию, эмпатии и состраданию. Узлы РПУ составляют карты разума – и поэтому они имеют решающее значение для того, как мы понимаем разум (внутри себя и снаружи, – социальный).

Ощущение себя возникает из того факта, что мы живем на различных уровнях систем. Если мы будем получать повторяющиеся сообщения о том, что отделены друг от друга, мы создадим нейронную схему – вероятно, опосредованную РПУ, – которая скажет нам, что сообщения от системы верны. Частью такой системы может быть семья, школа, общество в целом. «Я» имеет много граней, и у нас есть несколько слоев или аспектов внутренней жизни, которые проявляются по-разному в зависимости от ситуации, контекста. Простое слово «я» – это что угодно, но только не местоимение в единственном числе. Это скорее многослойные процессы, чем отдельная единичная сущность, как нам часто говорят. Осознать реальность того, как сложен наш субъективный опыт ощущения «я», – это важный шаг к интеграции и созданию благополучия.

Проявления нашего «я» зависят от культурных схем, от того как мы общаемся друг с другом – лично и в интернете (или, как я люблю называть, «инфинете», в котором можно бесконечно чувствовать себя подавленным и незавершенным). Использование интернета и смартфонов может быть сопряжено с более высоким уровнем тревоги и депрессии и с уменьшением социальных контактов офлайн.⁶⁶ То, как мы общаемся друг с другом в системах, в которых живем, имеет основополагающее значение для нашего опыта самоощущения.

И: Идентичность. Если «я» не является абсолютным, то и наше чувство идентичности также является чем-то, что мы можем рассматривать как «сконструированный» ментальный процесс. Мы можем отождествлять себя с рядом характеристик, которые формируют эту идентичность – это внутреннее представление о том, «кто мы есть», и сообщения о том, «частью чего мы являемся». В утробе матери мозг уже формируется – многие процессы в нем запускаются еще до того, как мы вступим в контакт с семьей, а затем с друзьями. С самых первых дней мы получаем сообщения о нашем «поле» – семье, религии, расе, социально-экономическом статусе. Еще в раннем детстве мы узнаем, что у нас есть тело. У этого тела есть особенности, и они могут не соответствовать сообщениям, которые мы получаем от «других», будь то родители, братья и сестры, друзья, учителя, а позже средства массовой информации и общество в целом. Тело соответствует нашему внутреннему ощущению идентичности – или не соответствует. И культура, в которой мы живем, может «возвеличить» нас или «отбраковать» в зависимости от внешнего вида нашего тела, безотносительно того, что мы чувствуем внутри.