Развивающийся разум. Как отношения и мозг создают нас такими, какие мы есть

Л: Любовь. Может показаться, что наука пренебрегает важностью любви; исключение этой жизненной силы из наших исследований, нашего дискурса, нашего способа общения и установления связи кажется проблемой. Однажды я был на образовательном семинаре, обучал участников практике «Колеса», и один правительственный чиновник предпочел не делиться тем, что центр окружности помог ему испытать больше любви и связи, чем он когда-либо прежде испытывал, – из-за опасений, что коллеги сочтут его «слабым». Я спросил его, как же он и его коллеги принимают решения о национальной политике – не оставляют ли они любовь и заботу, доброту и сострадание «за бортом», когда утверждают федеральные законы? Он не мог ничего ответить на это. Другие люди говорили мне, что им не нравится использовать слово «любовь» в общественных или профессиональных кругах из-за его эротического подтекста и опасений быть неправильно понятым. Тем не менее участники семинаров «Колеса осознания» снова и снова сообщают, что в центре у них возникают три ощущения: присутствие, взаимосвязь и любовь. Я слышал это в разных аудиториях, на разных контентах в течение многих лет. И в конце концов как ученый я должен был задуматься: а что общего между присутствием, взаимосвязью и любовью?⁷⁵

«Я» – это сложный опыт, который люди изучали на протяжении тысячелетий.⁷⁶ Независимо от того, говорим ли мы о поэзии и мистике или о религиозных, созерцательных традициях, древней мудрости, во всех этих направлениях человеческой мысли мы найдем три составляющих: присутствие, любовь и связь. Они постоянно возникают по мере того, как появляется суть реальности в нашем опыте.⁷⁷ И все же многие люди не имеют регулярного доступа к этому источнику жизненной силы. Любовь – это энергия принадлежности. Жизнь в любви и связи, восприимчивое осознание того, что мы можем назвать присутствием, позволяет нам погрузиться в эти состояния – кажется, из них соткана сама ткань нашей реальности. Как предполагает журналист, писатель и активист Мария Шрайвер, «любовь универсальна. Она первобытна. Это то, что присуще человеку. Это то, что меняет миры отдельных людей и даже целые мировые порядки. Я считаю, что любовь дает нам надежду на лучшее. Это наша самая большая надежда… Каждый из нас рождается и оказывается на руках у кого-то, и, если нам повезет, умрем мы тоже на руках у кого-то. Все, что между, – это наш поиск и попытки понять общую природу человека. Дело всегда в любви».⁷⁸

Любовь – это простое слово. Мы используем его для самых разных переживаний, от личного до общественного, от межличностного до планетарного. Любовь – это символ, который намного больше, чем контексты, в которых мы применяем это слово (любовь к ребенку, мужу или жене, любовь к какому-то делу, любовь к миру). Как утверждает ученый и экоактивист Джоанна Мэйси, мы можем быть без ума от любви к этой жизни, можем быть с «миром как собой, с миром как нашим возлюбленным».⁷⁹ Любовь дает нам глубокую принадлежность. Как пишет Мэйси,

полностью проживать страх, благодарность, вообще все, что есть, – вот практика взаимной принадлежности. Как части живого тела Земли, мы все «стоим» на этой принадлежности. Мы найдем больше способов помнить, праздновать и подтверждать это глубокое знание: мы принадлежим друг другу, и мы принадлежим Земле. Даже когда мы сталкиваемся с катастрофическими изменениями, ничто не может разлучить нас с ней. Мы уже дома. Практика взаимной принадлежности – это лекарство от болезни маленького «я»…⁸⁰

Слово «любовь» можно использовать для обозначения почти неописуемой жизненной силы, которая наполняет все, что мы делаем, и все, чем мы являемся, заботой, состраданием и связью. Любовь выводит нас за пределы отдельного, одинокого «я». Исключать любовь из того, как формируется разум, нет смысла: разум не изолирован в мозге и не одинок в теле. Любовь, взаимосвязь и присутствие – суть процветания в этой жизни и становления тем, кем мы на самом деле можем быть.