Реализм и номинализм в русской философии языка

«Воздушный океан по форме такое же понятие, как и атмосфера, а атмосфера (греч. ατμος ʽпарʼ и лат. sphera ʽшарʼ) такой же троп, как воздушный океан. Особые, новые поэтические формы образуются только из взаимного отношения этих слов, и последних – к действительности. В познавательных, логических целях это отношение к действительности – прямое и непосредственное <…> опосредственное одним словом через другое. В этом отношении – вся суть, но сколько это отношение есть отношение объектов, оно по форме – объективно» (там же: 183) –

«и это наше утверждение – не своего рода социальный феноменализм, а подлинный социальный реализм» (там же: 195).

Что «это – реализм», подтверждается дальнейшими рассуждениями.

«Вещи имеют право быть называемыми по концептам, если между вещами и концептами есть взаимное соответствие (соотношение идеи и вещи – основная сфера интересов реалиста. – В.К.). Так как и сами слова, будучи называемы, называются как вещи или как концепты, то вопрос и сводится к взаимному отношению концептов и вещей, ничего третьего не существует (для реалиста. – В.К.). Если мы знаем вещи только через концепты – а иначе, в самом деле, как нам их узнать? – то или мы верим (наивный фидеизм), что концепты с большею или меньшею точностью отображают вещи, дают более или менее хорошие копии неведомых оригиналов (агностицизм), или концепты ничего не отображают, не даны мне как некие копии или образы вещей, или мы допускаем (гипотетизм), что концепты нами же самими созданы, содержат в себе вещи, которые для нас суть ничто иное, как явления (субъективный идеализм). Если мы примем первый член дилеммы, мы утверждаем права вещей в их концептивной отображенности называться всячески, в том числе и „вещами“, а если примем второй член, то те же права принадлежат концептируемой, что значит здесь – нами конституируемой феноменальности» (там же: 133)

– а это и есть гносеологическая дилемма Канта (рассудок узурпировал права вещей, или наоборот – чувством мы следуем за вещами). «Концептивные формы» для Шпета – формы классификационные (род, вид) (там же: 107 – 108). Очень точно определяется релятивная концепту форма – понятие.

«Понятие как результат (!) в своей концептивной форме только потому и определяется свободно от противоречия, что оно – момент, покой (!), но противоречие в нем есть, заключено в нем имплицитно как его потенциальная энергия (энтелехия? – В.К.). Всякое раскрытие понятия в форму любого предложения синтетического типа есть эксплицирование противоречия» (там же: 110).

Напротив, внутренняя форма для Шпета есть безотносительная исходная форма формирования слова (его значений) (там же: 114). Это – закон формы.