Рецепт убийства. Криминалистика Агаты Кристи глазами судмедэксперта

В повести «Разбитое зеркало» майор Риддл, местный начальник полиции, спрашивает безымянного полицейского хирурга, можно ли забирать тело, и тот отвечает: «Да, у меня все. Осталось только вскрытие». Это абсолютно стандартный протокол. Перед аутопсией тело осматривают на месте происшествия, и обычно этим занимается полицейский хирург. Иногда преданные делу полицейские хирурги (сегодня их называют судебно-медицинскими экспертами) зарабатывают на жизнь именно благодаря подобным подозрительным случаям: они изучают тело на месте преступления и в морге, а затем дают показания на дознании и в суде. В романе «Прилив» сказано: «Следующим вызвали полицейского хирурга, который дал подробное описание ран». Однако бывают случаи, когда на месте преступления работает врач общей практики или другой медицинский специалист, который способен констатировать смерть и сделать общие выводы о теле до того, как его тщательнее изучат и заберут в морг, где судебно-медицинский эксперт проведет вскрытие. Осмотр тела на месте преступления важен по нескольким причинам: разложение – это быстро прогрессирующий процесс, и на момент обнаружения трупа на теле могут присутствовать ранние трупные явления, которые уже не будут видны позднее, в морге. Положение трупа тоже имеет большое значение, и эксперт должен его задокументировать, прежде чем оно будет изменено. Опознание тела можно ускорить, если сделать некоторые наблюдения и провести определенные тесты, прежде чем оно будет увезено. В таком случае эксперты смогут работать, даже пока труп транспортируют в морг. Так, во многих произведениях Кристи говорится, что для ускорения идентификации тела криминалисты проводят судебную фотосъемку трупа или снимают его отпечатки пальцев. Агата всегда корректно ссылается на протокол, который она явно тщательно изучила.

Кристи знала, что труп – это первое, что может указать полиции на убийцу. Преступники часто прилагают огромные усилия, пряча, уничтожая или повреждая тело жертвы, чтобы скрыть личность убитого человека. В романе «После похорон» при совершении крайне жестокого преступления «в ход был пущен топор или что-то вроде этого». Убийство описано как зверское и бессмысленное, однако в произведениях Кристи ничто не происходит случайно. В романе «Раз, два, пряжка держится едва…» лицо жертвы было «изуродовано до неузнаваемости». Уже в «Убийстве на поле для гольфа» и «Тайне голубого экспресса» Пуаро высказывает предположение о цели подобной жестокости: по его мнению, убийца уродует тело жертвы, чтобы его сложно было опознать. В романе «Раз, два, пряжка держится едва…» инспектор Джепп рассуждает об этом:

«Действительно, никто просто так не станет уродовать лицо. Малоприятное занятие. Должна быть веская причина. И эта причина – помешать опознанию».

Хотя Кристи пытается так сбить сыщиков – и читателей – со следа, улики всегда находятся, если хорошенько искать. В романе «Труп в библиотеке» невозможно понять, как ранее выглядела задушенная женщина, обнаруженная на полу в доме полковника Бантри, поскольку у нее «опухшее и посинелое» лицо. Тем не менее жертву опознали по зубам. В этой истории небольшое наблюдение мисс Марпл помогает раскрыть дело. Она объясняет, что, по словам одного из свидетелей, у Руби «редкие, будто вдавленные зубы. А у трупа в библиотеке зубы чуть выступали вперед». То же самое происходит и в реальной жизни. Даже сегодня исследование зубов, которым занимаются судебные одонтологи, – основной метод опознания неизвестных тел, и это связано с несколькими причинами. Дело в том, что он точный, относительно недорогой (в сравнении с анализом ДНК) и неинвазивный. Я провела много времени в морге с одонтологами, которые вывозили из холодильных камер одно тело за другим ради быстрой десятиминутной экспертизы. В романе «Труп в библиотеке» Агата, по сути, говорит о судебной стоматологии, но в упрощенной форме: мисс Марпл полагается на зрительное сравнение и свою сообразительность, а не на подробные стоматологические карты и рентгеновские снимки. Использование стоматологических карт в романе «Раз, два, пряжка держится едва…», написанном двумя годами ранее, играет важнейшую роль в сюжете и имеет отношение к разложившемуся и неузнаваемому телу. Я не стану углубляться в подробности, но будет достаточно сказать, что в этом случае Агата играет с вещественными доказательствами, в которых она разбирается достаточно хорошо, чтобы ими манипулировать.