Рецепт убийства. Криминалистика Агаты Кристи глазами судмедэксперта

Даже используя надежный метод, основанный на охлаждении трупа, и номограмму Хенссге, установить точное время смерти все равно довольно сложно из-за множества сопутствующих факторов: положения тела, одежды, телосложения, повышения температуры тела перед смертью и т. п. Но столь виртуозная писательница, как Агата Кристи, не могла позволить подобным нюансам помешать ей, поскольку мы читаем книги не только ради развлечения, но и для того, чтобы узнать что-то новое. В большинстве случаев она очень реалистично описывает процесс установления времени смерти, поэтому мы можем простить ее за редкие технические неточности, которые Кристи допускает ради создания идеального романа.

Последний «родственник» трупных пятен, окоченения и охлаждения – трупный спазм, то есть каталептическое посмертное окоченение. Это внезапное затвердевание мышц тела, которое происходит сразу после смерти, но проявляется подобно обычному трупному окоченению[284]. Это явление активно обсуждается в медицинских кругах: некоторые специалисты сомневаются в том, что его следует отделять от обычного трупного окоченения, поскольку оно встречается крайне редко. В качестве примера можно привести утопленника, продолжающего сжимать в руке листья, которые он оторвал, цепляясь за ветку дерева в попытке спастись. Большинство ученых считают, что каталептическое окоченение служит результатом нервного перенапряжения или стресса в момент смерти, происходящего, как правило, в конечностях. Кристи знала об этом редком явлении и намекает на него в «Рождестве Эркюля Пуаро», когда детектив рассматривает тело мужчины: «Губы, обнажив бескровные десны, словно растянулись в ухмылке. Пальцы скрючены, как когти». Кристи наверняка видела такие скрюченные пальцы, работая медсестрой в военном госпитале во время Первой мировой войны, но она несколько преувеличивает, намекая на то, что лицо трупа может многое сказать о том, как человек умер и что он при этом чувствовал. Писательница прибегает к такому художественному приему во многих своих сюжетах, но это вовсе не означает, что в ее книгах не было множества по-научному точных деталей.

Помимо трупных пятен, на теле покойного могут присутствовать и другие следы, которые можно спутать с механическими травмами. Например, очень сильное трение кожи (транспортировка тела, оказание первой помощи и т. д.) может привести к появлению пергаментных пятен – участков высохшей кожи желто-бурого или красно-бурого цвета.

ТРУПЫ, НАХОДЯЩИЕСЯ НА ОТКРЫТОМ ВОЗДУХЕ ИЛИ В ВОДЕ, ПРИВЛЕКАЮТ ВНИМАНИЕ ДИКИХ ЖИВОТНЫХ, НАПРИМЕР, БАРСУКОВ, ЛИСИЦ И КРАБОВ, И ОСТАВЛЕННЫЕ ИМИ УКУСЫ МОГУТ ВЫГЛЯДЕТЬ КАК РАНЫ.

Может даже показаться, что некоторые части тела были отрублены. Правда, об этом чаще говорит Дороти Л. Сэйерс, чем Агата Кристи. Очень важно уметь отличать телесные повреждения, полученные при жизни, от повреждений, нанесенных уже после смерти голодными приспособленцами.

Кристи, судя по всему, знала разницу. В «Убийстве на поле для гольфа» Пуаро замечает нечто важное о повреждениях на теле. Он говорит: «Странная рана! Совсем нет крови. И одежда не окровавлена. <…> Все совсем просто. В этого человека вонзили нож, когда он был уже мертв». Прижизненные телесные повреждения отличаются от посмертных. Первые характеризуются кровотечением, отеком, покраснением по краям повреждений, интенсивным кровоизлиянием в мягких тканях. После смерти воспаления, то есть иммунной реакции на повреждение тканей организма, не происходит. Благодаря этому врачи могут с уверенностью установить, какие телесные повреждения были нанесены человеку при жизни. Кристи напрямую говорит об этом несколько раз, и она наверняка что-то узнала о вышеупомянутых отличиях еще во время работы медсестрой, а что-то выяснила в ходе самостоятельного исследования темы. Врач обычно видит разницу, поэтому в романе «Убийство Роджера Экройда» доктор Шеппард возмущается, когда его сестра задает ему «глупые» вопросы о ране Роджера: «Милая моя, я осматривал тело, я знаю, что говорю. Рана была нанесена не после смерти – наоборот, cмерть последовала от колотой ножевой раны – заруби себе это на носу!» В романе «Тайна голубого экспресса» Пуаро садится на поезд, следующий на Лазурный берег, и знакомится там с одинокой молодой женщиной по имени Кэтрин Грей. В поезде Грей встречает Рут Кеттеринг, богатую американскую наследницу, а следующим утром обнаруживает ее мертвой в купе. Нам рассказывают о страшной судьбе Рут:

«Лицо, обезображенное сильным кровоподтеком, было почти неузнаваемым. Пуаро издал короткое восклицание:

– Когда это было сделано, хотел бы я знать, – спросил он, – до или после смерти?

– Врач говорит – после, – ответил мосье Ко.

– Непонятно, – нахмурился Пуаро».