Россия. Путь к Просвещению. Том 2

В письме, опубликованном в выпуске 27, рассказывалось о жестоком помещике, который «любовь к человечеству… опровергает, но утверждает, что рабам жестокость и наказание так, как и дневная пища, необходимо нужны». Автор письма пишет: «Надлежит думать, что он имеет сердце, напоенное лютым зверством и жестокостию, когда не слышит вопиющего гласа природы: и рабы человеки» [Берков 1951: 144]. «Рецепт», предложенный издателем для злого помещика, состоял в том, чтобы «дать больному принять волшебных капель от 30 и до 40. Сии капли произведут то, что он сам несколько часов будет чувствовать рабское состояние, и после сего он, конечно, излечится» [Берков 1951: 145–146].

Ни в одном из высказываний Новиков прямо не призывал к отмене крепостного права. Острие его критики целило в злых, жестоких, порочных помещиков, а не в систему, которая их создала. В то же время в «Трутне» нет ни одного идиллического повествования о счастливых крепостных. Трактовка Новиковым проблемы крепостного права не отличалась по духу от речей, произнесенных в Уложенной комиссии, в которых жестокие хозяева порицались за бесчеловечное обращение с крепостными – за продажу крестьян отдельно от семьи, произвол при заборе в рекруты и т. п. Также в них повторялась мысль: «Мы люди и подвластные нам крестьяне суть подобные нам» [СИРИО 1867–1916, 8: 108]. При чтении «Трутня» складывается впечатление, что для Новикова ключом к решению проблемы крепостного права было заставить помещиков признать, что крепостные – такие же люди, как они сами. В 24-м выпуске содержалось увещевание помещику Безрассудному:

Безрассудной! разве забыл то, что ты сотворен человеком, неужели ты гнушаешься самим собою, во образе крестьян, рабов твоих? разве не знаешь ты, что между твоими рабами и человеками больше сходства, нежели между тобою и человеком? Вообрази рабов твоих состояние, оно и без отягощения тягостно; когда ж ты гнушаешься теми, которые для удовольствования страстей твоих трудятся почти без отдохновения, они не смеют и мыслить, что они человеки, но почитают себя осужденниками за грехи отец своих, видя, что прочие их братия у помещиков – отцов наслаждаются вожделенным спокойствием, не завидуя никакому на свете счастию, ради того, что они в своем звании благополучны, то подумай, как должны гнушаться тобою истинные человеки, человеки – господа, господа – отцы своих детей, а не тираны своих, как ты, рабов. Они гнушаются тобою, яко извергом человечества, преобращающего нужное подчинение в несносное иго рабства.

Рецепт Новикова для подобных «извергов» был таков: «всякой день по два раза рассматривать кости господские и крестьянские до тех пор, покуда найдет он различие между господином и крестьянином» [Берков 1951: 135–136].

Несомненно самая знаменитая публикация Новикова по вопросу о крепостном праве – «Отрывок путешествия в И*** и Т***», вышедший в 1772 году в «Живописце» [Берков 1951: 295–297; 330–332]. С 1860 года литературоведы спорили о том, кто был автором публикации – Александр Радищев, Новиков или друг Новикова, И. П. Тургенев. Если изначально общее мнение склонялось в пользу авторства Радищева, то сейчас консенсус состоит в авторстве Новикова[80]. «Отрывок» был напечатан в двух частях. В первой части сообщалось о трехдневном путешествии, в котором рассказчик «останавливался во всяком почти селе и деревне», но «ничего не нашел… похвалы достойного».