Скептическое отношение контр-адмирала к управляющему КВЖД было изложено Като в телеграмме Тотинаи от 3 апреля 1918 г., в которой он утверждал, что влиятельные фигуры контрреволюционного движения считали Хорвата «пережитком монархистской партии» и что «правительство, учреждённое с иностранной помощью, не сможет завоевать доверие общества в целом». Более того, Като продолжал негативно оценивать действия генерал-майора Накадзима, называя харбинскую резидентуру ГШ не иначе как «группа заговорщиков в Харбине», и в телеграмме заместителю начальника МГШ от 29 апреля утверждал, что его подрывная активность «вызывает острую реакцию у местного населения и в условиях, когда оно не может оценить истинные намерения Японии, провоцирует рост страха во всех регионах»[472].
Поэтому командующий 5-й эскадрой считал, что ставку необходимо сделать на председателя Временного Сибирского правительства (ВСП) эсера П.Я. Дербера, который после изгнания из Томска местным Советом рабочих депутатов с февраля 1918 г. находился в Харбине.
Хотя ещё 30 марта начальник Генштаба отдал чёткое распоряжение своей резидентуре в Харбине не оказывать никакой помощи группе Дербера, если только она не признает верховенство Д.Л. Хорвата, в тесном контакте с бывшим председателем ВСП находился руководитель владивостокского разведаппарата подполковник Сакабэ Тосио.
Вероятно, именно по его инициативе 15 июня представители Дербера – некие «член ВСП Петров и инженер-строитель Фёдоров» – встретились с Като. Три дня спустя Сакабэ тайно доставил на борт «Асахи» самого П.Я. Дербера и 4 его спутников, где они поделились с командующим 5-й эскадрой своей оценкой обстановки, планами учреждения Сибирского правительства и запросили в качестве помощи 4 000 000 рублей и оружие. Дербер, в частности, заявил, что поражение большевиков в Западной Сибири в результате действий Чехословацкого корпуса (6 июня власть в Омске перешла к белым) значительно укрепило позиции его правительства, оно готовилось к взятию власти вооружённым путём и в этом деле могло положиться только на Японию, но не в форме отправки войск, а в виде предоставления вышеозвученных денежных средств и оружия. Как полагал глава ВСП, в случае японской поддержки ему было по силам взять под контроль территорию к востоку от Хабаровска[473].
Като и Сакабэ благосклонно отнеслись к позиции Дербера, считая, что его правительство имело прочный фундамент и поддерживало тесную связь с регионами, а отказ в помощи грозил Японии утратой позиций в борьбе с Америкой за Сибирь. С 21 июня Дербер нелегально проживал на квартире капитана 2-го ранга Ёнаи Мицумаса. В тот же день резидент МГШ и председатель ВСП посетили японское генеральное консульство, где генконсул Кикути обещал Дерберу всемерную помощь. 22 июня Ёнаи, Сакабэ и Кикути организовали встречу Дербера с лидерами контрреволюционных сил во Владивостоке, в том числе с бывшим главой областной земской управы А.С. Медведевым, бывшим городским головой А.Ф. Агарёвым, бывшим председателем Биржевого комитета И.И. Циммерманом, крупным предпринимателем Е.Н. Гезехусом, которые также выразили ему свою поддержку[474].
25 июня Ёнаи встретился ещё с 2 членами ВСП – некими «главой профсоюза работников Уссурийской железной дороги и военным представителем Уссурийского округа». Они в присутствии начальника владивостокского разведцентра РУ ГШ подполковника Сакабэ Тосио заявили о своей готовности начать вооружённое восстание против советской власти, безоговорочной поддержке ВСП профсоюзом железнодорожников и запросили 12 пулемётов, 1500 винтовок, 360 000 патронов и некоторое количество денежных средств. В случае их получения восстание планировалось начать не позднее чем через две недели. Поскольку в отношении ВСП Ёнаи действовал в тесной связке с Сакабэ, от конкретного ответа флотский разведчик уклонился[475].
Однако выделять деньги или оружие японскому командованию не пришлось. В ход событий вмешалась третья сила, которая изначально не планировала воевать с большевиками, но под влиянием обстоятельств изменила свою позицию – Чехословацкий корпус.
Это соединение было образовано ещё в октябре 1917 г. из проживавших в России чехов и словаков, а также из военнопленных Четверного союза. После Октябрьской революции в результате переговоров с советским правительством корпус с конца марта 1918 г. начал перебрасываться по Транссибирской железной дороге из европейской части России во Владивосток для дальнейшей отправки морем во Францию с целью участия на её стороне в боевых действиях против Германии. Общая численность соединения составляла примерно 40 000 человек.