Рождение двойника. План и время в литературе Ф. Достоевского

Хотя незавершенность не планируется, но от нее невозможно избавиться? Так «недостатки планирования» становятся стилем. План набрасывается в надежде, что произведение вырвется за положенные границы, ведь оно больше плана, больше в том смысле, что, включая его в себя, упраздняет случайности планирования. Ведь история должна рассказываться, интрига раскручиваться, персонажи должны страдать, любить и погибать. Многие частности и недоразумения учитываются хроникером-рассказчиком, однако они ни в малейшей степени не поясняют событие, которое грядет, скрываясь за слухами, молвой, происшествиями. Давно замечено, что никто из персонажей романов Достоевского – ни сам автор, ни рассказчики, ни многочисленные заместители – не владеет логикой развертывающихся событий, не держит под контролем единый горизонт событий: происшествие накладывается на происшествие, даже наспех придуманный случай или анекдот в силах загубить план, затянуть действие или вовсе его остановить. Каждое событие дробится на множество происшествий, которые как будто поясняются хроникером-рассказчиком, но от этого общий ход повествования еще сильнее запутывается (детективная фабула не всегда спасает); все движется к катастрофе.