Русская история. Авторская концепция против официальной мифологии

В. Есть ли пределы у свободы? Мощная и ничем не ограниченная энергия свободы проявляется сегодня по-разному, но она регулярно и все активней разрушает фундаментальные, традиционные правила и нормы. Еще 3. Фрейд показал, что природа человека с самого начала должна включать ограничения и запреты. Глубинные, бессознательные, разрушительные инстинкты – эрос и танатос (id – оно) контролируются, ограничиваются и управляются через эго и суперэго (через совесть). Снятие или отключение такого контроля ведет человека к саморазрушению и подавлению тех, с кем он взаимодействует… Культура как система принятых правил и норм поведения также должна включать своеобразную систему различных «секторов-регистров» – от регистра «дозволенное» через «малодозволенное» к регистру «недозволенное».

Добавлю. Нельзя не заметить, что существует целый ряд сфер реальности, в которых человек не только не стремится к свободе, т. е. к сознательному выбору и переменам, но, напротив, хочет сохранить устойчивость и неизменность. Никто не испытывает дискомфорт, когда слышит свое имя. не мы его выбирали, но мы его приняли, и оно наше. Каждый человек, вступающий в общество и социальные отношения, обладает вполне определенной этичностью, родным языком, верой, отцом и матерью, родиной… И если у кого-то возникает желание менять эти самые глубинные константы, если таких людей становится больше – мы сталкиваемся с болезнью, цивилизационным кризисом, который надо анализировать и преодолевать, но ни в коем случае не воспевать и не культивировать. Вторжение свободы в сферы, традиционно культурно табуированные, ставит под вопрос существование социума, разрушает наш культурно-генетический фундамент и не делает человека счастливым. Возможно, со мной поспорят датчане, смотревшие в начале года детский телемультфильм про мальчика с самым длинным в мире пенисом. Но, может быть, они со мной и согласятся – вседозволенность ни детям, ни взрослым совсем не нужна…

Интересно, что движение экологов, предупреждающее об опасности внерамочной и бесконтрольной хозяйственно-промышленной деятельности, настаивающее на защите природы и введении в этой сфере жестких правил и ограничений, не дополняется никаким движением «за культурную экологию» и культурно-цивилизационные регуляторы. Здесь своя Грета Тунберг так и не появилась. Но социум – это вовсе не мир всеразрешенного, где свобода должна отменить любые ограничения. Важно учитывать и то обстоятельство, что при отказе от ограничений и социальном высвобождении на первые роли в обществе почти всегда выходят разного рода меньшинства (инвалиды, мигранты, трансгендеры, бисексуалы и т. д.), которые довольно быстро переходят в таком обществе на лидирующие и правящие позиции…

IV. Прийти к единой Европе, или Когда Россия встретится с Западом…

И вот Россия, все еще зажатая и ограниченная авторитарными рамками, стремящаяся к переменам и свободе, встретится с западом Европы, расшатывающим даже то, что должно быть стабильным и незыблемым. Встретятся две части в прошлом единой цивилизации, находящиеся сейчас в противоположных стадиях, противоположных фазах исторического процесса – одни мечтают избавиться от тяжелого тоталитарного наследия, другим не удается замедлить процесс падения в систему, где отменены все правила и нормы. Россия и Беларусь, где запретительные ограничения сталинско-ленинской системы по сей день не преодолены, выглядят для какой-то части западных европейцев, скучающих по устойчивым нормативам и не представляющих всю полноту постсоветской реальности, вполне привлекательно. На непонимании или, как минимум, плохом и недостаточном взаимопонимании между Западом и Россией спекулируют наши официальные СМИ, активно работающие и за рубежи, и на внутреннюю аудиторию. Наше ТВ постоянно представляет попытки ограничить запредельную деструктивную деятельность в соседней части Европы как «отсутствие там подлинной свободы». Отсутствие бурных протестов на улицах Москвы некоторые на Западе трактуют как успех и поддержку обществом твердой политики Кремля. (Еще А. Солженицын с горькой иронией писал, как Сталин объяснял западным политикам, что советский народ глубоко предан своей социалистической Родине. И ведь правда, ни одного письма-жалобы из ГУЛАГа ни в одной советской газете найти было невозможно…)

Подытожим: стремление быть свободным от всего ведет к распаду всего. Европейская цивилизация остановилась перед проблемой – она не может жить без Бога, не может вернуться к Богу и пока не может сформулировать и утвердить новые сверхценности.