Читаем Русская кухня: от мифа к науке полностью

Как же делали эти спасительные супы-похмелки? Были они и горячие, и холодные. Вот что пишет о блюде под названием «похмелье» известный русский историк Николай Костомаров: «Это изрезанные ломтики холодной баранины, смешанной с мелко искрошенными огурцами, огуречным рассолом, уксусом и перцем»[187].

«Напившись чрезмерно, они на следующий день приготовляют себе особое блюдо для похмелья из холодного мяса, тонко нарезанного, из обыкновенного своего напитка — квасу, огурцов, уксуса, чесноку и массы перца; это они едят в холодном виде. Квас, любимый напиток простонародья, приготовляется из воды с ячменем, овсом и отрубями»[188], — рассказывают нам записки Бальтазара Койэтта, участника нидерландского посольства в Москву (1675–1676). Горячая же похмелка делается на крутом бараньем бульоне, в который добавляется лук, соленые огурцы, морковь, лимонный сок и пара ложек тертого хрена. Столь же эффективным оказывалась и «студень говяжья, разведенная квасом с приправою тертого хрена и сметаны». Эта импровизированная похлебка сочетала в себе и целебные свойства кваса, и пользу от застывшего крепкого бульона. А хрен, соленые огурцы и редька делали эффект еще более ощутимым.

Были эти супы и горячие, и холодные. Для приготовления нам понадобится баранина. После праздников небольшой кусочек на ребрышках вполне мог заваляться в хозяйстве.

Похмелка по рецепту XVII века

Кусок сваренной и остывшей мякоти баранины нарезать ломтиками и выложить в тарелки.

Репчатый лук нарезать тонкими полукольцами, а соленые огурцы — соломкой и добавить к мясу. Посыпать черным молотым перцем.

Отдельно смешать поллитра огуречного рассола с половиной столовой ложки яблочного уксуса и разлить по тарелкам. Суп получается быстрый и «лекарственный».

Горячая похмелка по рецепту XIX века

Положить в холодную воду баранину на кости. Довести до кипения, варить 10 минут. Вылить первый бульон, а мясо переложить в кастрюлю с водой. Когда вода закипит, добавить луковицу в шелухе и лавровый лист. А через 20 минут их удалить. Заправить бульон нарезанными солеными огурцами и морковью.

Когда морковь сварится, добавить нарезанный укроп, щавель и чеснок. Посолить и поперчить. Варить несколько минут. В конце выжать сок половины лимона. Добавить в кастрюлю две столовые ложки тертого хрена, а при подаче немного зеленого лука.

И наконец, вершина русской «алкогольной кухни» — солянка. Она известна и в виде жареной на сковороде кислой капусты с мясом, но с конца XVIII века солянка превратилась в терпкий наваристый суп. Появились ее затейливые версии — с осетриной, каперсами, лимоном, копченостями. Каждый трактирщик показывал в ней свой талант, привлекая клиентов немыслимыми вкусами и запахами. Об эволюции солянки-селянки мы поговорим в одной из следующих глав.

Здесь же нам важно отметить, что русская кухня издавна была приспособлена к такому нашему (чего уж греха таить) увлечению, как алкоголь. И хотя сами алкогольные предпочтения менялись у нас от века в век — от ставленых медов до ректификованного спирта, — эта очень полезная особенность нашего стола всегда приходила на выручку страждущим. А что это, если не часть нашего образа жизни и национального характера?

Сбитень уже не вернуть?

Сбитень сегодня — абсолютная экзотика для большинства россиян. Думаем, что попытки восстановить его производство тщетны, это уже ушедшая натура.

Несомненно, сбитень — очень старое блюдо. Фактически это горячий напиток на травах, меде, пряностях. Он предшествовал чаю.

Сбитень можно считать русским глинтвейном. Зимой им согревались, и совершенно необязательно напиток должен был быть алкогольным (хотя бывал). По сути, это просто нагретый жидкий мед с добавлением сахара и разнообразных специй — например, корицы, гвоздики, имбиря, перца, мяты, кардамона.

Перейти на страницу:

Все книги серии Культура повседневности

Unitas, или Краткая история туалета
Unitas, или Краткая история туалета

В книге петербургского литератора и историка Игоря Богданова рассказывается история туалета. Сам предмет уже давно не вызывает в обществе чувства стыда или неловкости, однако исследования этой темы в нашей стране, по существу, еще не было. Между тем история вопроса уходит корнями в глубокую древность, когда первобытный человек предпринимал попытки соорудить что-то вроде унитаза. Автор повествует о том, где и как в разные эпохи и в разных странах устраивались отхожие места, пока, наконец, в Англии не изобрели ватерклозет. С тех пор человек продолжает эксперименты с пространством и материалом, так что некоторые нынешние туалеты являют собою чудеса дизайнерского искусства. Читатель узнает о том, с какими трудностями сталкивались в известных обстоятельствах классики русской литературы, что стало с налаженной туалетной системой в России после 1917 года и какие надписи в туалетах попали в разряд вечных истин. Не забыта, разумеется, и история туалетной бумаги.

Игорь Алексеевич Богданов , Игорь Богданов

Культурология / Образование и наука
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь
Париж в 1814-1848 годах. Повседневная жизнь

Париж первой половины XIX века был и похож, и не похож на современную столицу Франции. С одной стороны, это был город роскошных магазинов и блестящих витрин, с оживленным движением городского транспорта и даже «пробками» на улицах. С другой стороны, здесь по мостовой лились потоки грязи, а во дворах содержали коров, свиней и домашнюю птицу. Книга историка русско-французских культурных связей Веры Мильчиной – это подробное и увлекательное описание самых разных сторон парижской жизни в позапрошлом столетии. Как складывался день и год жителей Парижа в 1814–1848 годах? Как парижане торговали и как ходили за покупками? как ели в кафе и в ресторанах? как принимали ванну и как играли в карты? как развлекались и, по выражению русского мемуариста, «зевали по улицам»? как читали газеты и на чем ездили по городу? что смотрели в театрах и музеях? где учились и где молились? Ответы на эти и многие другие вопросы содержатся в книге, куда включены пространные фрагменты из записок русских путешественников и очерков французских бытописателей первой половины XIX века.

Вера Аркадьевна Мильчина

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Дым отечества, или Краткая история табакокурения
Дым отечества, или Краткая история табакокурения

Эта книга посвящена истории табака и курения в Петербурге — Ленинграде — Петрограде: от основания города до наших дней. Разумеется, приключения табака в России рассматриваются автором в контексте «общей истории» табака — мы узнаем о том, как европейцы впервые столкнулись с ним, как лечили им кашель и головную боль, как изгоняли из курильщиков дьявола и как табак выращивали вместе с фикусом. Автор воспроизводит историю табакокурения в мельчайших деталях, рассказывая о появлении первых табачных фабрик и о роли сигарет в советских фильмах, о том, как власть боролась с табаком и, напротив, поощряла курильщиков, о том, как в блокадном Ленинграде делали папиросы из опавших листьев и о том, как появилась культура табакерок… Попутно сообщается, почему императрица Екатерина II табак не курила, а нюхала, чем отличается «Ракета» от «Спорта», что такое «розовый табак» и деэротизированная папироса, откуда взялась махорка, чем хороши «нюхари», умеет ли табачник заговаривать зубы, когда в СССР появились сигареты с фильтром, почему Леонид Брежнев стрелял сигареты и даже где можно было найти табак в 1842 году.

Игорь Алексеевич Богданов

История / Образование и наука

Похожие книги