Секрет нашего успеха. Как культура движет эволюцией человека, одомашнивает наш вид и делает нас умнее

Анатомия Homo erectus указывает на то, что он уже зависел от обработки пищи, о чем мы говорили в главе 5. Его щечные зубы, челюсти и лицо были меньше, чем у ранних Homo, — значит, ему меньше приходилось пережевывать грубую пищу. Желудки и кишечники не доходят до нас в окаменелом виде, а вот ребра и окружающие кости иногда доходят. Грудная клетка у Homo erectus была бочкообразная, как у нас, а не воронкообразная, как у шимпанзе и горилл. Такая анатомия показывает, что Homo erectus утратил большой кишечник, как у обезьян, которым надо переваривать сырую пищу. Таким образом, можно сказать, что Homo erectus все больше привыкал к какой-то комбинации высококачественной обработанной пищи, которую трудно добыть, — совсем как наш вид. Вероятно, в число культурных продуктов, облегчавших такую эволюционную перемену, входили (1) оружие, стратегии и навыки охоты на крупную дичь и поиска туш, (2) навыки, орудия и ноу-хау для разделки крупных животных и (3) знания и приемы, позволяющие находить и выкапывать съедобные коренья и корнеплоды и добывать мед. Кроме того, есть основания полагать, что Homo erectus так или иначе контролировал огонь и, вероятно, умел готовить на нем пищу. Насколько часто такое бывало и насколько сильно Homo erectus зависел от огня, вопрос крайне спорный, но некоторые признаки использования огня появились около полутора миллионов лет назад, более правдоподобные — миллион лет назад, а совсем надежные данные об использовании огня и тепловой обработке пищи — 800 тысяч лет назад[435].

В Африке Homo erectus появляется в палеоархеологической летописи одновременно с новыми большими каменными орудиями, которые отличаются от олдувайских тем, что для их изготовления нужно было специально добывать большие каменные пластины из определенных пород камня. Эти плитчатые заготовки, как называют их археологи, обрабатывали с одной или двух сторон и получали обоюдоострые ручные рубила, кливеры (орудия с поперечным рабочим краем) и пики (орудия со сходящимися клином рабочими краями). Изготовление таких орудий было довольно сложным, особенно если сначала надо было найти месторождение нужной породы, которое могло быть далеко, добыть большие заготовки и доставить их, а потом изготовить рубило, кливер или пику. Только на обучение навыкам, которые применялись на финальной стадии — собственно обтесыванию камня, — современному человеку требуются сотни часов, даже если есть кому помочь. Совершенно неясно, каков шанс придумать всю эту технологию самостоятельно на протяжении жизни. У пропавших первопроходцев-европейцев мозг был значительно больше, и им нужны были режущие орудия, но с ходу придумать каменные рубила они так и не смогли. По свидетельству антропологов, изучавших малые сообщества, в тех популяциях, которые до сих пор изготавливают каменные орудия, необходимо много лет культурной передачи и индивидуальной практики, чтобы научиться делать высококачественные каменные топоры и тесла. А как именно наши предки добывали эти большие плитчатые заготовки, мягко говоря, не совсем понятно[436].