Сергей Киров. Несбывшаяся надежда вождя

«Добыча нефти в среднем пятьсот тридцать, без кустарной, а всего с кустарной пятьсот пятьдесят пудов в сутки. Хорошо идет бурение. За десять дней марта прошли триста шестьдесят сажен. За март добыча будет шестнадцать с половиной миллионов. За февраль было четырнадцать миллионов семьсот тысяч. Бурение марта будет тысяча сажен с лишним. То и другое рекордное»[237].

Сергей Миронович торопился с выводами. Рекордным станет май 1922 года – 16,4 миллиона пудов, а затем добыча опять просядет, до 15 миллионов пудов в месяц к осени. С бурением скважин та же история. К осени проходка рухнет в два раза, до пятисот тридцати сажен… Причина: мало новых скважин, а углубление старых недостаточно. Следовало усиливать геологоразведку, повышать механизацию и шире использовать новые методы.

Из воспоминаний главы «Азнефти» А.П. Серебровского:

«В сентябре 1922 года… при активном участии тов. Серго и Кирова был окончательно решен вопрос о заключении договора с филиалом известной американской фирмы «Стандарт Ойль»… Американцы обязались дать нам станки для бурения, насосы, трубы… Мы включили в бригады, обслуживавшие предоставленные американцам во временную эксплуатацию участки, наших рабочих и мастеров, и обучали их… лучшим способам работы… Многие инженеры и геологи, настроенные консервативно, возражали против перехода на американские методы. Они говорили, что для Баку вращательное бурение не подходит… И здесь Киров показал себя снова блестящим организатором. Он… помог нам преодолеть… настроения инженерства…

Мы решили пойти за нефтью в море – засыпать и бурить Биби-Эйбатскую бухту… Для создания промысла на море оказалось необходимым привлечь инженера Потоцкого… враждебного большевикам.

Потоцкий знал, где надо искать в бухте нефть, но отказывался с нами работать. И вот Киров встретился с Потоцким и так сумел на него повлиять, что этот инженер сделался… самым преданным для советской власти работником. Киров, взвесив все шансы… повел нас на атаку моря. Но мы начали бурение в несколько ошибочном направлении и долго не могли найти нефть. Представители контрольных органов… сообщили об этом в ЦКК. Нам категорически приказали прекратить работы в бухте.

Как быть? Сергей Миронович велит мне ехать в Москву – добиться отмены запрещения, а пока… бурить. Баринов день и ночь сидел на Биби-Эйбате. Сергей Миронович заботливо наведывался и ободрял работников. А я в это время сражался в Москве за честь Биби-Эйбата. Все казалось безнадежным… Но в самую последнюю минуту я получил радостную телеграмму от Кирова:

– На Биби-Эйбате забил фонтан!..

Биби-Эйбатский промысел дал с тех пор много нефти. Бухта сыграла большую роль в росте нефтяной промышленности Азербайджана»[238].

М.В. Баринов, заместитель главы «Азнефти», рассказывал, как в «1923 г. Сергей Миронович предложил создать образцовый промысел на новой технической базе… на Балаханах, на богатом нефтью участке». Проектирование и строительство нового промысла он курировал лично, почему рабочие назвали «его Кировским промыслом, промыслом Мироныча». Добычу нефти «со дна моря» в бухте Биби-Эйбат генеральный секретарь ЦК АКП считал правильной, несмотря на все сомнения и критику скептиков. Кирова даже первые неудачи не смутили. «Мироныч… настаивал на продолжении засыпки бухты… следил за ходом работ, торопил, давал указания». «Под руководством Сергея Мироновича» в том же 1923 году началась «техническая реконструкция нефтяной промышленности». Паровая энергия заменялась электрической, «старинные желонки» на «глубокий насос», ударное бурение на вращательное.

Уточним, «первый советский промысел имени Кирова» заложили 5 января 1922 года, но не в Балаханском районе, а в Сабунчинском, третьем по размерам добычи из всех шести бакинских (Сураханы, Раманы, Сабунчи, Биби-Эйбат, Балаханы, Бинагады). Первую нефть первая скважина дала 24 мая 1922 года. Промысел имени Ильича в Биби-Эйбатской бухте заложили в ноябре 1922 года. Первую нефть скважина, начатая бурением в январе 1923 года, дала через три месяца, в начале апреля. Накануне революции Баку добывало в год от 400 до 500 миллионов пудов нефти. Затем добыча, естественно, упала, в 1918 году до 185 миллионов. В 1919‐м под британцами она выросла до 230 миллионов пудов. 28 мая 1920 года советский Азербайджан все нефтепромыслы национализировал, после чего цифры вновь покатились под гору: до 177 миллионов пудов за 1920‐й и до 156 миллионов пудов за 1921 год[239].