Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

1 июня Сталин отправил еще одну шифрограмму Орджоникидзе. В ней он информировал Серго о немедленном начале строительства Криворожского металлургического завода с тем, чтобы пустить его в конце года, в крайнем случае в начале 1933 года, и интересовался его здоровьем[694]. Работа требовала возвращения. В июне Серго вышел из отпуска.

Кадры индустриализации

22–23 июня Орджоникидзе участвует в работе совещания хозяйственников при ЦК ВКП(б). Именно на этом совещании 23 июня Сталин сформулировал свои знаменитые шесть новых условий развития промышленности:

1) организованно набирать рабочую силу в порядке договоров с колхозами, механизировать труд;

2) ликвидировать текучесть рабочей силы, уничтожить уравниловку, правильно организовать зарплату, улучшить бытовые условия рабочих;

3) ликвидировать обезличку[695], улучшить организацию труда, правильно расставить силы на предприятии;

4) добиться того, чтобы у рабочего класса СССР была своя собственная производственно-техническая интеллигенция;

5) изменить отношение к инженерно-техническим силам старой школы, проявлять к ним больше внимания и заботы, смелее привлекать их к работе;

6) внедрять и укреплять хозрасчет, поднять внутрипромышленное накопление[696].

23 июля на Всесоюзном совещании втузов ВСНХ СССР, исходя из перечисленных сталинских шести условий, Орджоникидзе указывал на факт «колоссального недостатка» кадров, слабую подготовку выпускников втузов и необходимость уже в текущем году подготовить большое количество инженерно-технических специалистов, причем подготовить так, «чтобы они знали, за что берутся, а не просто, чтобы они что-то где-то окончили»[697]. Это была его последовательная позиция и в дальнейшем. Здесь уместно упомянуть его вопрос к преподавателям во время приема руководителей и профессоров Ленинградского индустриального института: «„А правда ли, что вы, профессора, стесняетесь как следует проверять знания студентов, делаете им поблажки за их пролетарское происхождение?“ Последовал ответ: „Да, доля правды в этом есть“. Нарком показал им диаграммы работы металлургических заводов. Одни заводы сильно лихорадило, другие работали ровнее. Техника одна, а люди, кадры везде разные, объяснял Григорий Константинович. Нам нужны не всякие, а хорошие специалисты, пояснил он свою мысль; поэтому от студентов надо требовать глубоких, а не поверхностных знаний. Прощаясь, он напутствовал: „Главное — борьба за высокое качество подготовки“»[698].

Августовская критика со стороны Сталина

В августе 1931 года Орджоникидзе тревожило общее состояние советской промышленности. В шифрограмме от 11 августа Сталину он отметил некоторое снижение темпов промышленного производства в СССР. По сравнению с июнем, особенно в машиностроении, показатели уменьшились на 2,25 %, хотя они были все же выше аналогичных за июль 1930 года на 30 %[699]. Особенно тревожной была ситуация на одном из ключевых предприятий страны — Челябинском тракторном заводе.

При этом Орджоникидзе, возможно, связывал это с недостаточным обеспечением ВСНХ материальными ресурсами со стороны Госплана (Куйбышев) и правительства (Молотов). Орджоникидзе критиковал Куйбышева достаточно жестко. Об этом отчасти свидетельствует письмо Сталина к Кагановичу от 17 августа 1931 года: «Тяжелое впечатление производит записка т. Куйбышева и вообще все его поведение. Похоже, что убегает от работы. С другой стороны, все еще плохо ведет себя т. Орд[жоники]дзе. Последний, видимо, не отдает себе отчета в том, [что] его поведение (с заострением против тт. Молотова, Куйбышева) ведет объективно к подтачиванию нашей руководящей группы, исторически сложившейся в борьбе со всеми видами оппортунизма, — создает опасность ее разрушения. Неужели он не понимает, что на этом пути он не найдет никакой поддержки с нашей стороны? Что за бессмыслица!»[700] Отметим, что Молотова Орджоникидзе прямо называл негодяем. Резкость Серго была общеизвестна. Отстаивая интересы своего ведомства, Орджоникидзе мог быть «очень решительным». «Тот же Точинский вспоминал, как на одном из заседаний СНК СССР Орджоникидзе „со всей силой своей напористости“ обрушился на Я. Рудзутака, критиковавшего наркомат по одному из вопросов. „Когда председательствующий Молотов попробовал его остановить… чтобы он смягчил свое выступление, товарищ Серго не вытерпел, ударил кулаком по столу и заявил в таком духе: с каких это пор члену Политбюро не дают говорить на заседании о том, что он должен сказать“»[701].

Августовская критика Серго со стороны Сталина была вызвана его конфликтом с Молотовым и Куйбышевым. Сталин отмечал и другие моменты, в том числе нарушение Орджоникидзе решения Политбюро об экономии валютных запасов при увеличении заказов на чугунные трубы.