Серго Орджоникидзе. Командарм советской промышленности

Сразу же по возвращении в Москву Серго издает ряд приказов ВСНХ об изменении условий труда на заводе (о ликвидации уравниловки, внедрении сдельщины, укреплении дисциплины и хозрасчета), о повышении зарплаты, особенно в горячих цехах, а также о снабжении СТЗ металлом, другими материалами, об организации метизных заводов. По требованию Орджоникидзе Политбюро назначило спецкомиссию для проверки социальных условий рабочих. Были также улучшены жилищные условия, питание рабочих, их культурный досуг.

Новым директором завода с мая 1931 года стал начальник Всесоюзного автотракторного объединения М. С. Михайлов-Иванов, которого Орджоникидзе знал с 1917 года как делегата VI съезда РСДРП(б), а потом как работника ВСНХ. Ему было поручено обеспечить выпуск 100 тракторов в сутки, что спустя некоторое время удалось достичь. В июле 1931 года было выпущено 1164, в августе — 1865, в сентябре — 2151 трактора. 24 сентября 1931 года было выполнено решение о выпуске 100 тракторов за сутки. Михайлов-Иванов, заболевший брюшным тифом, умер через три дня — 27 сентября. 1 октября 1931 года, в день его похорон у Кремлевской стены на Красной площади, страна отмечала пуск первого в СССР автосборочного конвейера завода АМО в Москве (ныне автомобильный завод им. Лихачёва) и Харьковского тракторного, строившихся под его руководством.

Командировка Орджоникидзе на СТЗ оказалась результативной: «Через полмесяца завод стал работать увереннее. Изо дня в день повышались темпы. В начале 1933 года проектная мощность завода — 144 трактора в день — была перекрыта»[688].

Металлургия

Важным направлением работы Орджоникидзе осенью 1931 года было налаживание работы металлургических предприятий, в том числе внедрение на них современных блюмингов. Ключевую роль в этом процессе играл Ижорский завод. «В совершенствовании производств и в освоении новых г. Ленинград находился в авангарде. К числу новых достижений можно отнести освоение блюмингов. Всего в мире было построено 12 прокатных станов. В ноябре 1930 года на Ижорском заводе был заложен тринадцатый и первый блюминг в Советской России. Мощность, по тем временам, можно назвать гигантской, так как была рассчитана на 1 млн тонн проката в год. За год блюминг был построен и введен в эксплуатацию на заводе им. Томского. Ижорский завод, построив первый блюминг, заложил фундамент крупного машиностроения в СССР»[689]. 27 апреля 1931 года на блюминге была получена первая продукция. В дельнейшем, совершенствуя производство и используя отечественное сырье, инженеры и рабочие добились качественного превосходства советских блюмингов над германскими и американскими аналогами. Орджоникидзе в статье в «Правде» дал высокую оценку труду ленинградцев: «Производство на Ижорском заводе мощного блюминга в короткий срок является блестящим доказательством, что может при желании дать русская техническая мысль».

Также он отметил большой вклад в создание первого отечественного блюминга инженеров Неймаера, Тихомирова, Зиле и Тиле, ранее арестованных как вредители ОГПУ[690]. Этот опыт привлечения специалистов, ранее считавшихся вредителями, к строительству советской промышленности Орджоникидзе считал позитивным, о чем информировал Сталина. В частности, это должно было решить проблему нехватки квалифицированных кадров.

Однако вернемся к Ижорскому заводу. Орджоникидзе и впоследствии будет уделять указанному заводу самое пристальное внимание. Так, 15 октября 1931 года Политбюро после докладов Орджоникидзе и Микояна «О снабжении Ижорского завода» приняло предложение Орджоникидзе об отнесении завода к особому списку по снабжению[691]. Ижорский блюминг означал прорыв в важнейшей отрасли, и организовал его Орджоникидзе.

Признал роль Серго в налаживании производства отечественного блюминга в 1931 году и Сталин. 23 мая он отправил шифрограмму Серго в Мухалатку, где тогда находился на отдыхе Орджоникидзе. В ней Сталин написал о выполнении просьбы Орджоникидзе об освобождении и возврате на прежнюю работу, Сулинский металлургический завод, специалиста по домнам Венеля. Также Сталин дал в письме высокую оценку статье Орджоникидзе о блюминге, опубликованной в «Правде» 23 мая. Проинформировал он Серго и о том, что Пятаков уехал в Германию, а Центральный аэрогидродинамический институт (ЦАГИ) передали ВСНХ[692]. Передача института ведомству Серго не выглядит случайным, это был последовательный процесс. Всесоюзное объединение авиапромышленности (ВАО) вновь, как ранее в 1920-х годах, в 1931 году было подчинено ВСНХ. Позднее, «29 декабря 1931 г. ВАО ВСНХ преобразуется в Главное управление авиационной промышленности (ГУАП) при ВСНХ с двумя трестами — Самолетостроительным (Ф. С. Малахов — начальник, И. М. Косткин — зам. начальника) и Моторостроительным»[693].