Например, чувство языка говорит: какой-то текст угловатый, неуклюжий. А почему? Задумавшись, находим ответ: в нём же нет ни одного глагола! А без глаголов добиться плавности и ловкости ой как сложно. Разумеется, в некоторых жанрах мастеру удастся и такое: вспомните «Шёпот, робкое дыханье…» из школьной программы. Но чаще всего с глаголами лучше, причём намного лучше, чем без них. Поставьте рядом с фразой «Принцип работы системы» другие три слова: «Как работает система», и ощутите, насколько легче они воспринимаются. А что написать вместо «ввод текста» – «вводится текст»? Нет, лучше проявить незримо присутствующего субъекта, упомянуть его. Например: «Оператор вводит текст». И дальше: не «преобразование текста в голосовое сообщение», а «система преобразует текст в голосовое сообщение». Хотя можно выбрать и другой глагол: система создаёт или генерирует аудиосообщение. Я остановлюсь на последнем варианте: заимствованное слово «генерировать» очень удачно вписывается в контекст благодаря тому, что принадлежит к технологической сфере.
Возможно, в будущем психолингвисты и нейрофизиологи докажут, что нейроны, в которых хранится информация о глаголах, тесно связаны с эмоциональными областями мозга, или найдут какое-то другое объяснение. Но почувствовать, как преображается текст, в котором не было глагола и вдруг он появился, вы можете прямо сейчас – до того, как наука вскроет механизм этого маленького языкового чуда.
В третьем пункте нет смысла упоминать «абонентов», тем более уточнять, что речь идёт о работниках шахты. Любому читателю презентации, дошедшему до этого слайда, и так понятно, кто адресат голосовых сообщений. Не стоит подыскивать и подходящий глагол: все три пункта легко объединить в одно предложение.
Слева – длинный и нескладный текст. Он делает простое сложным: скорее всего, читателю придётся хоть немного, но поломать над ним голову. В тексте справа в два раза меньше слов и предложений. Но глаголы и точно найденные слова позволяют без усилий понять, о чём идёт речь.
Есть и пара тонкостей, которые стоит обсудить.
1. Выражение «голосовое сообщение» в новом варианте написано в единственном числе (в отличие от пресловутых «вызовов»): так оно согласуется со словом «текст». Но помимо согласования в самом единственном числе есть что-то, что делает всё описание более «осязаемым». Сравните: «Оператор вводит тексты, а система генерирует голосовые сообщения». Картинка получилась менее живой и конкретной, не правда ли? Такое легче почувствовать, чем объяснить.
2. Фраза «групповое или индивидуальное» спрятана в скобках в конце предложения. Так мы сблизили глагол «генерирует» и словосочетание «голосовое сообщение», и в результате текст воспринимается быстрее. Если «генерирует» окажется отодвинуто от «сообщения» целыми тремя прилагательными – «индивидуальное», «групповое» и «голосовое» – мысль станет куда менее внятной. «Система генерирует индивидуальное или групповое голосовое сообщение» – легко ли такое понять на лету?
Когда Чуковский и Галь писали свои великие книги, в нашей стране не было рыночной экономики. Её название и очертания на карте были другими. Всё это отражено в путевом очерке будущего нобелевского лауреата Габриэля Гарсия Маркеса, написанном в конце 1950-х: «СССР: 22 400 000 квадратных километров без единой рекламы кока-колы».
Нет рыночной экономики – нет и конкуренции. Нет конкуренции – нет необходимости в маркетинге, рекламе.
Чуковский и Галь видели опасность для языка и мышления, исходящую из мира бюрократии. Но они и представить не могли, что сегодняшний копирайтер для тендера на проведение корпоративного мероприятия опишет свою идею таким, например, образом: «Благодаря очкам VR гости попадают в уникальный проект Art Retrospektiva – настоящий портал в беспредметность, где значимые события и факты компании Ku-Ku Labs превращены в хранилище авангардных идей и образов».
Неужели из этого можно что-то понять?
Попробуем переписать: «Гости надевают очки виртуальной реальности и видят яркие художественные образы, рассказывающие о важных событиях из жизни Ku-Ku Labs». А можно и так: «Надев VR-очки, гости попадают в особое пространство. Оно напоминает музей современного искусства и наполнено виртуальными инсталляциями, каждая из которых связана с тем или иным фактом из жизни Ku-Ku Labs».
Написанный копирайтером текст сложно назвать канцеляритом. А между тем за ним скрывается всё то же желание превратить муху в слона, раздуть. Место бюрократической важности или псевдоучёности занимает дурно понятая «художественность», а результат тот же – ложная значительность, мыльный пузырь.
Такой язык часто встречается в продажах, маркетинге, рекламе.
Его так и стоит называть: маркетингит, рекламит, продажнит или сэйлзит (от английского sales – продажи)[4].
Представьте себе, что на одном из слайдов презентации вы увидели такой текст: