Социальное евангелие в России. Православное пастырское движение в условиях голода, войны и революции

В помощи раненым солдатам миряне участвовали гораздо менее активно, чем в помощи семьям военнослужащих. В тверском отчете Синоду указывалось, что два попечительских совета открыли свои приходские больницы на 10 коек каждая. Одно братство и один попечительский совет в городе Кашине организовали сборы в пользу Красного Креста. Наконец, еще один попечительский совет пообещал ежемесячный взнос в размере 30 рублей на клинику в архиерейской резиденции. За исключением работы, которую выполняли эти пять мирянских организаций, участие прихожан в помощи раненым солдатам ограничивалось пассивными пожертвованиями в церкви[687]. Такое разделение усилий по оказанию помощи между духовенством и мирянами отчасти было следствием разделения приходских ресурсов между официальными церковными взносами и средствами, которые аккумулировали попечительства. Однако миряне не были исключены из епархиальных собраний, занимавшихся распределением соответствующих средств. Церковные старосты во время войны продолжали участвовать в епархиальных съездах духовенства, в том числе в московской Военно-благотворительной комиссии[688]. Более того, попечительские советы использовали предоставленное им синодальным указом право использовать церковные сбережения по собственной инициативе[689]. Прихожане, подавляющее большинство которых составляли крестьяне, были гораздо больше обеспокоены местными последствиями войны, чем логистическими проблемами, с которыми столкнулись военные. Это побудило их сосредоточиться на решении проблем местных сообществ[690].

Приоритет поддержки армии со стороны духовенства следует рассматривать в контексте событий 1914 года. На начальных этапах войны в Европе мало кто мог предположить, что она окажется гораздо более катастрофичной, чем война, революция и голод 1904–1907 годов, а тем более что она приведет к падению четырех империй и разожжет две революции в России. В 1914 году население политически было не таким нестабильным, как в 1905‑м. Урожаи были обильными, а городская экономика расширялась благодаря иностранным инвестициям и стабильной валюте. Государство предоставило щедрую компенсацию крестьянским хозяйствам, потерявшим своих работников из‑за призыва на военную службу[691]. Но уже в августе 1914 года только в Москву хлынули десятки тысяч раненых солдат. Когда число раненых в Москве достигло 70 тысяч, их стали принимать более скромные больницы в близлежащих районах[692]. Чтобы ответить на этот вызов, приходское духовенство объединило усилия с профессиональными организациями, органами местного самоуправления и другими общественными инициативами. Однако в конечном итоге постоянная поддержка войны со стороны духовенства истощила способность его социальных сетей удовлетворять местные потребности и подорвала доверие к нему среди измученного войной населения. В своем исследовании церковной ситуации в Челябинске в 1917 году Патрик Браун отмечает, что разрыв между духовенством и мирянами продолжал расширяться после Февральской революции именно вокруг вопроса о войне: «Епархиальный журнал показал, что церковная иерархия оторвалась от народа, когда она заявила о своей поддержке Милюкова, осудила Челябинский Совет за давление на Временное правительство и заявила, что Россия должна довести войну до победного конца»[693]. В Москве и Твери епархиальные сети также впали в анархию в тот момент, когда они были больше всего нужны как источник материальной и социальной солидарности.

Заключение

В некоторых епархиях пастырское движение добилось значительных результатов в стимулировании мирян к добровольному участию в церковной взаимопомощи, что привело к увеличению их вклада в приходскую и епархиальную казну. Однако в других епархиях успехи были менее впечатляющими. Несмотря на неспособность реформаторов договориться о справедливом разделении полномочий на приходском уровне, к началу XX века прихожане непосредственно влияли на управление епархиальными ресурсами и их распределение куда больше, чем в середине XIX века. Вместе с собственным стремлением духовенства помочь населению этот фактор способствовал постепенному перетеканию ресурсов от духовного сословия к мирянам. Хотя многие общины направляли свои ресурсы на благоукрашение церкви, учреждение в них попечительств для этой цели давало мирянам возможность взять на себя управление своими приходами. В тех епархиях, где благотворительная взаимопомощь действительно стала важной составляющей религиозной жизни, приходы играли значительную роль в борьбе с бедностью и социальной неустроенностью, особенно в крупных городах. Усилия по оказанию помощи в первые годы войны показали, что православные социальные сети способны организовывать благотворительные инициативы в сотрудничестве с другими организациями. Они же демонстрируют, что пастырское движение сформировало новую православную практику.