Советское государство и кочевники. История, политика, население. 1917—1991

Непосредственные причины Адаевского восстания состояли, во-первых, в недовольстве «родовых авторитетов» принятым в апреле 1929 г. решением властей об упразднении Адаевского округа и разделе его между Гурьевским и Актюбинским округами. Родовые властители выступили против этого, посчитав, что ликвидация округа станет шагом для усиления государственного нажима на кочевников. Второй причиной восстания был протест против переселения кочевых хозяйств. Так, 1500 казахских хозяйств были переселены в Актюбинский округ с целью посадить их на землю. Однако они прогнали уполномоченных и вернулись домой. В-третьих, как и во многих других местах, причиной восстания стали преступные «перегибы» и злоупотребления: средства, выделенные государством на оседание, растаскивали местные партийные и советские деятели, а продовольственную помощь распродавали уполномоченные, которые должны были ее раздавать бесплатно⁸⁰⁹.

Сначала по Мангышлаку прошла агитация за откочевку в Туркмению, и затем началось восстание, пик которого пришелся на период с марта по август 1931 г. Его лидеры преследовали в том числе политические цели. Так, Б. Чуланов – зажиточный скотовод, предводитель аулов, в которых было до 600–700 хозяйств, – выдвинул идею о создании на Мангышлаке Адаевского ханства. В апреле в Форт-Урицком⁸¹⁰ произошел бунт и побег 200 заключенных, которые влились в ряды восставших. В мае на Мангышлак из Туркмении пришли откочевавшие туда осенью казахи, а также туркмены, которые также примкнули к восставшим. Численность повстанцев достигала 1,5–2 тыс. человек. Они, хотя и были плохо вооружены, вели сражения с отрядами ОГПУ. Тем не менее к августу 1931 г. восстание было подавлено. 1715 человек было арестовано, из них 15 приговорено к расстрелу, 407 человек – к лишению свободы, ссылке и депортации. Интересно, что остальные – 1293 человека (75 % арестованных) – были оправданы⁸¹¹. Очевидно, в те годы правосудие в СССР еще не приняло того обвинительного уклона, который был для него характерен в последующем.

Сопротивление коллективизации и обоседлению происходило в Каракалпакии⁸¹² и Туркмении⁸¹³. В марте и апреле 1930 г. «целый ряд массовых выступлений» охватил все республики Средней Азии⁸¹⁴. Антисоветские выступления и «голодные бунты» прокатились по Калмыкии⁸¹⁵ и другим «кочевым» регионам СССР. В мае 1931 г. в Забайкалье действовали, как минимум, две бурятские «банды» общей численностью 33 человека⁸¹⁶.

Хотя большинство восставших не думало о свержении власти большевиков, ставя себе локальные задачи⁸¹⁷, недовольство коллективизацией вдохнуло новую жизнь в басмаческое движение в Средней Азии. Таким образом, усилилась политизация этого движения.

Всплеск басмачества произошел осенью 1929 г.⁸¹⁸ В начале 1930 г. власти выяснили, что лидеры басмачей не только создавали вооруженные отряды, но и «нередко возглавляли… массовые выступления» гражданского населения (так было, например, в Северной Киргизии). Басмачи объявили, что они находятся в «состоянии войны» с советской властью, ставили своей целью срыв советских кампаний (хлебозаготовки, переход на выращивание хлопка, сбор налогов) и готовили новые отряды, в том числе на территории Афганистана⁸¹⁹.

Особенно сильным басмаческое движение было в Каракумах, которые оставались труднодоступным и несоветизированным регионом. В 1931 г. здесь началось массовое восстание, охватившее почти все население. В Каракумах действовали крупные группировки басмачей, концентрировавшиеся вокруг специально созданных баз⁸²⁰. Часть вооруженных отрядов басмачей выросла из традиционного охранения кочевий на колодцах⁸²¹.

Сопротивление коллективизации и обоседлению даже привело к примирению традиционно конкурировавших кочевых этносов – казахов и туркмен. Как уже говорилось, они вместе участвовали в Адаевском восстании. Кроме того, в 1931 г. среди басмачей в Туркмении появились откочевники из Казахстана⁸²², став, по мнению властей, «основной… питательной базой басмачества»⁸²³. Объединение казахских и туркменских кочевников на почве совместной борьбы против советской власти привело к новой вспышке повстанчества в западных Каракумах. С апреля до лета 1931 г. здесь шло нарастание военной активности повстанцев, улучшение их военной тактики и стратегии действий. Они нападали на населенные пункты, железнодорожные станции, промышленные объекты⁸²⁴.

Казахский историк Т.К. Алланиязов считает, что общая численность басмачей в Каракумах составляла от 300 до 400 всадников⁸²⁵. Однако их могло быть и больше. Так, только один из туркменско-казахских отрядов под командованием Ахмет-бека (по данным властей, он был связан с лидером басмаческого движения Джунаид-ханом) состоял из 150–200 мужчин, а также неизвестного числа членов их семей (правда, вооруженных было не более 80 человек)⁸²⁶.

Активность восстаний и басмаческого движения шла волнами и в определенной мере зависела от действий властей.