Советское государство и кочевники. История, политика, население. 1917—1991

Наконец, несмотря на неудачу многих попыток осуществить «оседание в промышленности», было подтверждено, что развитие промышленности все-таки останется одной из причин и целей перевода кочевников на оседлость¹⁰⁰². В Казахстане власти планировали развивать Турксиб, добычу угля в Карагандинском регионе, металлов – на Риддеровских приисках, в Киргизии – строить сахарные заводы и угольные шахты (последние давали 90 % всей добычи угля в Средней Азии). Для этого требовались рабочие. П. Погорельский писал, что ранее, до революции «никаких промышленных производств, которые притягивали бы разоряемого кочевника, в колониях царизма, как правило, не было»¹⁰⁰³, что и препятствовало оседанию.

В апреле 1934 г., с целью оценить возможности и перспективы программы оседания, при ВЦИК была создана Комиссия по вопросам оседания кочевого и полукочевого населения под руководством секретаря ВЦИК А.С. Киселева. (Он был знаком со спецификой Казахстана, так как в 1928 г. возглавлял комиссию по расследованию казахско-русского межнационального конфликта в Семипалатинской губернии¹⁰⁰⁴.)

Комиссия взяла в свои руки планирование седентаризации, отметив, что для перехода к оседлости «должна быть некоторая выучка», для чего кочевников было необходимо «приспособить… к этому, приучить, как организовать дело»¹⁰⁰⁵. Комиссия обследовала «кочевые» районы и выработала рекомендации. (После выполнения своих задач 31 августа 1934 г. комиссия была ликвидирована.)

Согласно решениям комиссии, программа оседания переводилась на плановую и научную основу. Стихийное оседание было признано абсолютно недопустимым. Так, при обследовании положения в Калмыкии власти жестко критиковали ситуацию, когда «в степи появились поселки различной величины, с беспорядочным расположением строений». Отдельное осуждение вызвал тот факт, что выбор расположения этих поселков иногда объяснялся «родовыми признаками»¹⁰⁰⁶.

В целом комиссия ВЦИК выдвинула такой девиз: «Оседание еще кочующих, закрепление уже осевших, устройство откочевников». Для успешного завершения этого процесса нужно было улучшить животноводство, научить кочевников «правильному использованию пастбищ» и земледелию, организовать подсобные промыслы, в том числе ремесла, рыболовство, «лесные занятия» (производство дегтя и скипидара, сбор дров на топливо), добычу извести, каменного угля и алебастра. Кроме того, комиссия призвала бороться с растратой и разворовыванием денежных средств, выделенных на оседание¹⁰⁰⁷, ведь именно эта проблема была весьма актуальной в период форсирования.

Практическое воплощение новой политики в «кочевых» регионах вылилось, во-первых, в развитии животноводства. В июле 1934 г. А.С. Киселев отмечал, что удельный вес Казахстана и Киргизии по животноводству в РСФСР составлял 16 %, однако по товарности – гораздо больше, что должно было приносить прибыль государству. (С другой стороны, это заявление было несколько странным, так как до того власти постоянно жаловались на низкую товарность кочевой экономики.) Комиссия ВЦИК сделала благоприятный вывод, что к 1934 г. у большинства кочевников «наметилась здоровая тенденция… к развитию животноводства»¹⁰⁰⁸. Действительно, «кочевые» регионы начали немного оправляться после голода.

В 1936 г. Л.И. Мирзоян транслировал указание И.В. Сталина: «Превратить Казахстан в основную животноводческую базу Советского Союза на Востоке». Он отмечал, что «особенно… быстро нужно поднять районы Центрального Казахстана, так называемые бывшие кочевые животноводческие районы»¹⁰⁰⁹. Было объявлено, что «ошибочно было бы видеть в оседании переход от животноводческого хозяйства к земледельческому»¹⁰¹⁰. Такой подход был своего рода «спасением» для животноводческой экономики «кочевых» регионов СССР.

Вторым направлением реализации новой программы было землеустройство, которое в «кочевых» регионах получило статус «одного из важнейших хозяйственно-политических мероприятий», обеспечивающих осевшим кочевникам «устойчивое землепользование»¹⁰¹¹. Советские землеустроители осуществили целый комплекс мероприятий – топографические, геоботанические работы, обустройство земель для животноводства и земледелия.

Было проведено обследование «кочевых» территорий на наличие водных ресурсов и возможности использования энергии ветра. Так как известно, что ветряные установки, особенно малые, не всегда бывают рентабельны, Центральный аэрогидро-динамический институт (ЦАГИ) предложил Госплану СССР разработать для «кочевых» регионов дешевые ветрогенераторы, которые можно было бы использовать также и для подъема воды.

Власти провели межевание земель и разрешение земельных споров. Особое внимание уделялось выяснению того, остались ли в «кочевых» районах какие-либо земельные неудобства (дальноземелье, чересполосица, вклинивание и т. д.). Кроме того, было распланировано «правильное» размещение новых «точек оседания» и усадебных центров. Условиями для их выбора было наличие воды, сенокоса и пашни¹⁰¹². Таким образом, было сделано то, что власти упустили в период форсирования.