Читаем Советское государство и кочевники. История, политика, население. 1917—1991 полностью

К 1934 г. в Казахстане из 39 районов оседания в четырех областях больницы были построены только в 23 районах, а врачи были в наличии только в 18 больницах. В феврале 1934 г. была открыта больница в Жанааркинском районе, но уже 20 апреля она была закрыта из-за отсутствия питания и топлива. В Каракалпакии в «кочевом» Тамдынском районе не было ни одного врача. В Бурятии радиус врачебных участков составлял до 30–40 км. В Тургае была построена хорошая больница, однако на 40 коек там было всего 10 чайных кружек и 14 клизм. Контингентом больницы были откочевники и детдомовцы, однако постоянное население больницей не пользовалось. Причины этого власти видели в «антисанитарном состоянии, плохом питании, недостаточной квалификации врачебного персонала»1027.

Расходы на программу оседания составили значительную сумму. Еще в 1930 г. Ф.И. Голощекин прогнозировал, что плановое оседание будет стоить столько же, сколько постройка Турксиба, – около 300 млн руб.1028 В 1934 г. А.С. Киселев отмечал, что уже было израсходовано 80 млн руб. на Казахстан и Киргизию (80 % оседавших хозяйств приходилось на эти регионы). Он фактически «подтвердил» и даже превысил цифру Ф.И. Голощекина – что еще понадобится 300 млн руб.1029 В Калмыкии только в 1921–1937 гг. капитальные вложения составили 77,4 млн руб.1030 На производство землеустроительных работ в «кочевых» регионах только к 1 января 1934 г. было выделено более 12,6 млн руб.1031 В целом к концу 1930-х гг. на программу седентаризации, включая землеустройство, было затрачено не менее 260 млн руб. Таким образом, из-за недофинансирования расходы все же получились меньше, чем планировалось.

Тем не менее постепенно принятые властями меры привели к определенным позитивным сдвигам в «кочевых» регионах. Казахстан постепенно стал оправляться от последствий грандиозной хозяйственной катастрофы и голода. В регионе уже в 1934 г. почти вдвое увеличился сбор зерна, который составил в среднем 5105 ц на колхоз (против 2645 ц в 1933 г.)1032.

В 1934 г. падение поголовья скота в Казахстане остановилось и даже наблюдался некоторый рост по отдельным категориям1033. Если к 1 января 1934 г. в регионе было 4,2 млн голов скота, то к сентябрю 1936 г. – уже более 9,3 млн голов1034.

По данным властей, в Казахстане в 1930–1936 гг. было переведено на оседлость 338,7 тыс. хозяйств, из них 62,9 тыс. осели в бывших «кочевых» районах (получается, что остальные были выселены оттуда на север и юг региона). Характерно, что если в Киргизии, Каракалпакии, Бурятии и Ойротии осевшие кочевники остались в сельском хозяйстве, то в Казахстане была «другая картина»1035. Многие были переведены на «оседание в промышленности». К 1936 г. казахи составляли 41 % всех промышленных рабочих республики. Большую роль в привлечении бывших кочевников на работу сыграл Турксиб и другие железные дороги – их протяженность в республике в 1930—1940-х гг. выросла в 13 раз1036.

В остальных регионах перевод кочевников на оседлость завершился позднее. В Бурятии в 1931–1935 гг. осели 12 775 хозяйств, однако оставалось «неохваченными» намного больше – 26 154 хозяйства. Власти ожидали, что они осядут самостоятельно1037. К 1936 г. в республике было обоседлено уже 38,9 тыс. хозяйств1038. У 75 % тех, которые продолжали кочевать, дальность перекочевок была незначительной (до 10 км). На расстояние свыше 15 км кочевали только 20 % хозяйств. Таким образом, «кочевой быт был уже значительно расшатан»1039.

В Киргизии за период планового оседания с 1931 по 1937 г. перешли на оседлость более 78 тыс. хозяйств (или 300 тыс. человек), а всего с 1918 по 1937 г. – 142 тыс. хозяйств (или 600 тыс. человек)1040. Оседание в этом регионе было завершено к 1940 г.1041

В Туркмении к концу 2-й пятилетки (1937 г.) от 76 до 95 % кочевников было вовлечено в коллективизацию. В 1940–1942 гг. часть кочевых хозяйств была переселена в земледельческие районы Чарджоуской области1042.

Процесс оседания в Калмыкии был завершен к 1935 г.1043 Из 1174 тыс. га «черных земель» 722 тыс. га (62,5 %) были отданы в пользование исключительно колхозам Калмыкии. Каждому колхозу передавался участок, закрепленный за ним на 15 лет. Колхозы возводили на «черных землях» необходимые для зимовки скота капитальные сооружения, проводили обводнение участков и пр.1044

В Азербайджане в начале 1930-х гг. кочевники и полукочевники были переведены на оседлость, после чего прекратились их сезонные миграции в Мильско-Карабахской степи и в Нагорный Карабах1045.

Попутно в основной массе «кочевых» регионов СССР была завершена коллективизация. Так, на Алтае к июню 1937 г. 93 % алтайских и казахских хозяйств находились в составе колхозов1046. В 1939 г. все ТОЗы в Казахстане были преобразованы в колхозы, в других регионах – в 1940 г.1047

Перейти на страницу:

Все книги серии Новейшие исследования по истории России

Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919
Белая власть, казаки и крестьяне на Юге России. Противостояние и сотрудничество. 1918—1919

Книга посвящена одной из ключевых тем Гражданской войны в России – взаимодействию политической власти и крестьянского большинства населения страны. События 1917— 1922 гг. породили множество вариантов такого взаимодействия как на красной, так и на белой стороне. Все стороны противостояния вовлекали деревню в вооруженную борьбу, иначе невозможно было рассчитывать на военную победа. При этом коммуникация с «мужиком» являлась общепризнанной ахиллесовой пятой Белого движения. Неспособность создать уверенность в приходе твердой власти, развеять старые социальные фобии, массово поднять деревню под национальные знамена стала одной из очевидных причин неудачи белой борьбы. Тем важнее подробный анализ опыта успешного сотрудничества белых военных и политических инстанций с сельским населением. Один из таких сюжетов разворачивался на границе Области войска Донского и Саратовской губернии, на фоне знаменитой битвы за Царицын. Энергичный офицер В.К. Манакин при поддержке донского атамана П.Н. Краснова смог создать боеспособное формирование из крестьян юга Саратовской губернии – Саратовский корпус. История этого воинского формирования рассматривается в контекстах Гражданской войны на Юге, крестьянско-казачьих взаимоотношений, особенностей военного строительства Войска Донского, Добровольческой, Южной, Астраханской армий. Настроение и поведение саратовских крестьян сравнивается с таковыми крестьян Ставропольской, Астраханской, Воронежской губерний.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Антон Викторович Посадский

Военное дело / Документальная литература / История
Добровольцы и ополченцы в военной организации Советского государства. 1917—1945 гг.
Добровольцы и ополченцы в военной организации Советского государства. 1917—1945 гг.

Работа доктора исторических наук А.Ю. Безугольного посвящена истории добровольческого способа комплектования войск Красной армии, а также военизированных формирований, создававшихся вне структуры военного ведомства, – народного ополчения, истребительных батальонов и иных подразделений, в основе своей укомплектованных гражданскими лицами. Интересы власти, вербующей добровольцев, и мотивация самих добровольцев, откликающихся на призыв власти; нормативное регулирование и социально-правовое положение добровольцев; принципы и формы комплектования добровольческих частей; деятельность центрального и местных партийно-государственных аппаратов и органов военного управления по вербовке добровольцев и организации добровольческих частей – все это предмет данного исследования. Книга основана на большом массиве документального материала, значительная часть которого вводится в научный оборот впервые.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Алексей Юрьевич Безугольный

Военная история / История
Советская авиация в военных конфликтах 1920-х годов. От Кронштадта до Туркестана
Советская авиация в военных конфликтах 1920-х годов. От Кронштадта до Туркестана

Книга доктора исторических наук, специалиста в области истории военной авиации и противовоздушной обороны А. Ю. Лашкова раскрывает участие советских авиаторов и воздухоплавателей в подавлении повстанческого движения и ликвидации различных антисоветских вооруженных формирований на территории РСФСР (позднее – СССР) и ближнего зарубежья в 1920-е годы. Этот период в российской историографии получил неофициальное название «Малая гражданская война». Основу источниковой базы труда составляют документы фондов государственных архивов, в том числе Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ) и Российского государственного военного архива (РГВА). Книга предназначена для широкого круга читателей и специалистов, интересующихся проблемами применения отечественных военно-воздушных сил в вооруженных конфликтах межвоенного периода.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Алексей Юрьевич Лашков

Военная история / История
Воздушный фронт Первой мировой. Борьба за господство в воздухе на русско-германском фронте (1914—1918)
Воздушный фронт Первой мировой. Борьба за господство в воздухе на русско-германском фронте (1914—1918)

Книга доктора исторических наук, специалиста в области Военно-воздушных сил и Войск противовоздушной обороны, посвящена борьбе за завоевание господства в воздухе на русско-германском фронте в годы Первой мировой войны. В работе последовательно раскрывается ход событий, связанных с противоборством в воздушной сфере и формированием отечественной системы воздушной обороны. В труде впервые приводятся наиболее точные данные о потерях военного воздушного флота кайзеровской Германии и ее союзников в отдельных кампаниях и за весь период войны. Работа насыщена многочисленными фактами и примерами действий русских летчиков и зенитчиков, создавших надежный воздушный щит на театре войны и в ближнем тылу нашего государства. При подготовке труда автор опирался на документы фондов Российского государственного военно-исторического архива (РГВИА), Российского государственного военного архива (РГВА), Российского государственного архива Военно-Морского Флота (РГА ВМФ), а также на периодические издания и мемуарную литературу.

Алексей Юрьевич Лашков

Военная документалистика и аналитика / История / Транспорт и авиация

Похожие книги

Эссеистика
Эссеистика

Третий том собрания сочинений Кокто столь же полон «первооткрывательскими» для русской культуры текстами, как и предыдущие два тома. Два эссе («Трудность бытия» и «Дневник незнакомца»), в которых экзистенциальные проблемы обсуждаются параллельно с рассказом о «жизни и искусстве», представляют интерес не только с точки зрения механизмов художественного мышления, но и как панорама искусства Франции второй трети XX века. Эссе «Опиум», отмеченное особой, острой исповедальностью, представляет собой безжалостный по отношению к себе дневник наркомана, проходящего курс детоксикации. В переводах слово Кокто-поэта обретает яркий русский адекват, могучая энергия блестящего мастера не теряет своей силы в интерпретации переводчиц. Данная книга — важный вклад в построение целостной картину французской культуры XX века в русской «книжности», ее значение для русских интеллектуалов трудно переоценить.

Жан Кокто

Документальная литература / Культурология / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное