Советское государство и кочевники. История, политика, население. 1917—1991

В 1932 г., после дальнейшего исправления «перегибов», реэмиграция нарастала. К началу осени того же года в Афганистане в районах размещения туркменских эмигрантов повсеместно «снимались и откочевывали к границе крупные (от 200 до 1000 семейств) группы туркмен». Афганские власти пытались задержать эту волну, однако эмигранты были организованы в группы, которые могли не только противостоять афганским пограничникам, но рисковали «даже нападать и грабить скот в коренных афганско-узбекских кишлаках с целью компенсировать материальные убытки, связанные раньше с уходом в Афганистан». В 1933 г. в Туркмении произошло резкое снижение эмиграции и усилилось возвращение беженцев в республику. В третьем квартале года только учтенная часть реэмигрантов составила 965 хозяйств⁹⁸².

В Казахстан всего вернулось из откочевок от 414 тыс. до 665 тыс. человек (предположительно, что из них из-за границы – 60—100 тыс. человек)⁹⁸³. В дальнейшем продолжалась иммиграция казахов из Синьцзяна, особенно после того, как в 1944 г. в этом регионе произошло обострение ситуации, связанное с восстанием против китайской власти. Так, в августе 1944 г. в Тарбагатайский район Восточно-Казахстанской области прикочевало 251 хозяйство казахов. Среди них было немало тех, кто ушел в Китай в годы коллективизации. Однако настроение основной массы прикочевавших было «только перезимовать и с наступлением тепла откочевать обратно в

Китай». Помня о трагедии коллективизации и обоседления, они опасались, что хорошее отношение к ним властей было временным, и если они останутся, то их заставят «вступать в колхоз, обобществить скот, молодежь мобилизуют в армию»⁹⁸⁴. К середине мая 1945 г. в Казахстане было зарегистрировано 7250 мигрантов из Синьцзяна⁹⁸⁵.

Впоследствии, в середине 1950-х гг., началась новая иммиграция казахов из Китая в СССР. Целые роды обращались с просьбой о репатриации, несмотря на то что некоторые из них откочевали более ста лет назад. В 1955 г. из Китая в СССР переехали не менее 71,5 тыс., в 1958–1959 гг. – не менее 59,3 тыс., в 1960–1961 гг. – не менее 7,4 тыс. человек. После обострения отношений между СССР и Китаем репатриация продолжалась нелегально. В 1962 г. она составила от 66,8 до 71,8 тыс. человек, в 1963 г. – 20,4 тыс. человек⁹⁸⁶.

Таким образом, в 1932–1934 гг., после прекращения форсирования модернизации «кочевых» регионов, власти СССР – как центральные, так и региональные – провели значительную работу по прекращению откочевок, постепенному возвращению беженцев в регионы «исхода», а также по устройству их на «новых» местах. Хотя этот процесс двигался непросто и были допущены ошибки, в итоге проблема откочевок была решена благополучно.

Важным аспектом внешней политики СССР в начале 1930-х гг. была борьба за откочевников с сопредельными странами – Персией, Афганистаном и Китаем. Хотя эти государства стремились задержать, оставить у себя граждан СССР, эмигрировавших в период форсированной коллективизации и обоседления, многие беженцы в итоге вернулись из-за границы.

Переход в умеренный режим модернизации

Вторым важнейшим направлением исправления ситуации, которое одновременно ознаменовало новый режим модернизации «кочевых» регионов, стала ревизия политики перевода кочевников на оседлость.

Специалисты, которых ранее гнобили адепты форсированной модернизации «кочевых» регионов, теперь получили возможность немного «отыграться». П. Погорельский вновь стал

говорить о невозможности провести оседание кочевников в обозримом будущем и критиковать тех, что утверждал, что земледельческое хозяйство – «это верх прогресса». Он ратовал за «сохранение… традиций и идеологии родового общества» кочевников, в том числе за создание «родовых колхозов», хотя и с ликвидацией власти «родовых авторитетов»⁹⁸⁷. Экономист И.И. Назарьевский призывал перенимать опыт капиталистических стран по организации степного животноводства⁹⁸⁸. Очевидно, их голоса не были услышаны, но тем не менее государство свою политику в отношении кочевников пересмотрело.

Постановление ЦК ВКП(б) от 17 сентября 1932 г. перечисляло «основные условия, обеспечивающие успех оседания», включавшие в том числе «тщательный выбор территории оседания», своевременное и правильное проведение землеустроительных и мелиоративных работ», «создание сети культпросветительских учреждений», «внедрение плановости в работу»⁹⁸⁹. На основе этих указаний был реализован новый формат программы оседания и коллективизации кочевников.