Сражение за Берлин. Штурм цитадели Гитлера. 1945

Все равно в этот день, 25 апреля 1945 года, никто в Берлине не имел точного представления о происходящем. Ураганный огонь, начавшийся в 5.30 утра и продолжавшийся целый час, возвестил о том, что русские начали битву непосредственно за Берлин. Их пехотные и танковые соединения атаковали Берлин со всех сторон. Атаки были направлены главным образом на районы Далем, Темпельхоф, в направлении площади Александерплац и аэродрома Гатов. За последний сражались 2 тысячи фанен-юнкеров из военного училища люфтваффе в городском районе Кладов, которые окопались на аэродроме. Таким образом, вскоре был потерян последний аэродром, пригодный для возможного снабжения столицы рейха по воздуху.

В этот день в рейхсканцелярии одно совещание сменяло другое. Гитлер все еще ждал наступления генералов Венка и Штайнера. С полудня много раз прерывалась телефонная связь с командованием отдельных секторов обороны города. Поскольку радиосвязь не функционировала, случалось, что Гитлер часами был отрезан от внешнего мира. Наконец ближе к вечеру этого дня генералу Кребсу удалось связаться с начальниками штабов отдельных секторов, чтобы узнать от них подробности.

Повсюду складывалась одна и та же картина.

Многие подразделения фольксштурма оказывались несостоятельными. Их бойцы, убежденные в бессмысленности сопротивления и обеспокоенные судьбой своих семей, тотчас бросали оружие, как только появлялись атакующие советские войска. И напротив, подразделения гитлерюгенда сражались самоотверженно, презирая смерть. Несколько юношей из района Штеглиц обороняли водонапорную башню на горе Фихтенберг до тех пор, пока тяжелая артиллерия русских не расстреляла башню и ее защитников прямой наводкой. И армейские части оказывали ожесточенное сопротивление, однако они несли очень большие потери. Пожары затрудняли обеспечение войск, принимающих непосредственное участие в бою, которые, кроме того, испытывали огромные психические нагрузки.

Русские все чаще прибегали к психологическим методам ведения войны. В разных местах города они установили громкоговорители, с помощью которых пытались воздействовать, прежде всего, на гражданское население. Посланные на фронт представители Национального комитета «Свободная Германия» шли вперед вместе с русскими штурмовыми группами.

Эти бывшие офицеры и солдаты вермахта чаще всего носили немецкую военную форму и пытались, изображая из себя перебежчиков, склонить немецких защитников столицы рейха к прекращению борьбы. Они пропагандировали свои взгляды не только с помощью громкоговорителей и радио, но и незаметно расклеивали плакаты на стенах домов. На одном из таких плакатов был следующий текст:

«Берлинцы! Солдаты!

К чему сопротивление? Оно совершенно бессмысленно! Доверьтесь Красной армии! Она воюет не с немецким народом. Она хочет только уничтожить нацистских убийц, которые вас предали, а теперь скрываются и трусливо спасаются бегством.

Организуйте белую акцию! Приготовьте белые флаги! Подходящий момент назначьте сами!

Боевое объединение «Свободная Германия»

Секция Берлин».

К полудню 25 апреля кольцо окружения вокруг Берлина окончательно замкнулось. Передовые отряды танковых частей обоих советских фронтов соединились под Кетцином, северо-западнее Потсдама. В это же время Германия была фактически разделена на две части. Солдаты 58-й советской и 69-й американской дивизий встретились под Торгау на Эльбе и устроили братание.

Конечно, эти факты не сообщались берлинцам. Даже Гитлер сомневался в достоверности последних событий, о которых ему докладывали в рейхсканцелярии во время обсуждения положения на фронте. Имперский комиссар обороны доктор Геббельс утешал жителей многомиллионного города надеждой на скорое освобождение приближающимися армиями генералов Штайнера и Венка. В этот день доктор Геббельс обладал еще таким влиянием, что мог сталкивать лбами военных командующих секторами обороны Берлина. Когда подполковник Беренфенгер не пожелал мириться с тем, чтобы видеть в генерале Муммерте своего начальника, Геббельс недолго думая собственной властью произвел его в генерал-майоры, чтобы уравнять военачальников в звании.

Генерал Вейдлинг устранил возникшие разногласия, назначив командира дивизии «Мюнхеберг» командиром сектора обороны в Темпельхофе. Полковник Вёлерман, который всего лишь несколько часов командовал там, облегченно вздохнул, когда прибыл генерал Муммерт. Передача дел происходила очень быстро, так как никто, кроме генерал-майора Муммерта, не знал лучше его самого, как обстояли дела в его родной дивизии.

Полковник Вёлерман получил приказ немедленно явиться к генералу Вейдлингу, чтобы принять на себя общее командование всей артиллерией, сосредоточенной в Берлине. Вместе со своим начальником оперативного отдела и офицерами для поручений полковник сел в маленькую легковую машину, чтобы как можно быстрее проехать по горящему городу на улицу Гогенцоллерндамм.