Стань себе хорошей мамой. Как согреть своего внутреннего ребенка и дать ему поддержку

Давайте посмотрим, как вы реагируете на ситуации, когда ваша личность сталкивается со сторонними мнениями и ожиданиями. Понаблюдайте за собой в контакте с другими людьми. Как у вас обстоят дела с дифференциацией субъекта и объекта?

Есть ли у вас ощущение того, что вы отдельная личность, или вы чувствуете себя частью одной большой системы, как будто вас нет.

Есть ли у вас ощущение, что вы можете иметь свое мнение, которое отличается от мнения ваших родителей, друзей, коллег? Легко ли вам отстаивать его, или вы быстро теряетесь и склонны принимать чужую позицию? Как вы себя при этом чувствуете? Возникает ли у вас злость или даже агрессия?

Если вы злитесь, то, скорее всего, чувствуете ущемленность потребности быть отдельной личностью. Вам не хватает ощущения свободы и стабильности, вы боитесь оказаться отвергнутыми, если будете думать или вести себя как-то «не так».

Вы стремитесь к сепарации, то есть к психологическому отделению от родителей или от системы.

Вы можете тренировать свое восприятие себя и других людей, задавая себе такие вопросы:

• А это действительно мое желание?

• А я на самом деле этого хочу или не хочу?

• Если мама, папа придерживаются другого мнения, как бы это повлияло на мое видение ситуации? Или точку зрения?

• А я сам могу выдерживать мнение, отличное от моего? Или мне тут же хочется идти и пытаться убеждать своего оппонента перейти на мою сторону?

Вы так же мысленно можете представлять себе границу между вами и другим человеком. Помните, как в «Грязных танцах»: «Это мое пространство, а это твое пространство. Я не захожу в твое, ты не заходишь в мое».

Вы также можете напоминать себе о том, что другие люди имеют полное право желать от вас того, чего им хочется. Но это совершенно не означает, что вы обязаны исполнять эти желания.

Так мама Марии вольна желать, чтобы ее дочь выучилась на банкира, но, если эта идея Марии не подходит, она не должна исполнять мамино желание – уважать его, да, но не более. Вместо этого стоит найти тот вид деятельности, который соответствует ее потребностям и способностям, а не удовлетворяет желания мамы. В конце концов, это жизнь Марии и ей ее жить.

Глава 11. «А вдруг?» Как быть смелым, если мама – паникерша

Юлия понимала, что она тревожный человек, но у нее получалось справляться со своими страхами и переживаниями. Пока не появились дети. Тогда она стала бояться всего. Слова «а вдруг» стали самыми пугающими в ее жизни.

А вдруг ребенок подавится?

А вдруг он упадет и поранится?

А вдруг он залезет на дерево и не сможет слезть?

А вдруг он поссорится с другими детьми?

Череду этих вопросов можно продолжать бесконечно. Вероятно, некоторым из вас эти вопросы знакомы. Или у вас есть свой список переживаний, осложняющих жизнь.

Казалось бы, Юлины тревоги ничем не отличаются от мыслей других мам, но они сильно ограничивали ее мышление и поведение.

Она не разрешала детям лазать по деревьям, кататься на велосипеде. Она боялась давать им вилку и нож, ведь ими можно пораниться. Когда ее шестилетний сын брал в руки ножницы, она замирала и уже мысленно вызывала скорую, представляя себе свое окровавленное чадо. Ко мне она пришла, когда осознала, что не дает детям рисовать карандашами, ведь они острые и могут выколоть глаз.

Юлия поняла, что фокус ее внимания чрезмерно направлен на опасность. Она настолько боится всего, что сильно ограничивает возможности своих детей, мешая им развиваться. А ведь она так хотела быть хорошей мамой.

В терапии Юлия осознала, что и ее мама была безумно тревожной. И мама ее мамы тоже. Девочки в Юлиной семье воспитывались кроткими, милыми и несамостоятельными. Их оберегали, не давая попадать в неприятные истории. Для защиты всегда был рядом папа или старший брат. И вообще, место женщины – на кухне или за вышиванием.

Всякий дух авантюризма отвергался и вызывал разочарование.

Юлия чувствовала себя, как индийский слоненок, которому в детстве привязывают веревку к ноге, чтоб он далеко не уходил. Когда слоненок вырастает, его мощь намного превышает силу веревки. Но он не знает об этом. И даже без веревки передвигается только на то расстояние, которое ему было позволено в детстве.

Юля смотрела на мир, хотела делать карьеру или хотя бы попробовать себя в различных сферах. Но ей было безумно страшно. Ведь она не знала, как проявлять себя и что предпринимать в сложных ситуациях.

Образ внутренней тревожной мамы, наполненный опытом предыдущих поколений, крепко сидел в ее голове и сообщал о себе каждый раз, когда Юлия подходила к зоне опасности.

Дети очень часто выступают в роли катализатора и проявляют внутренние проблемы взрослых. Тревожность, с которой взрослый может неплохо справляться, потенцируется, когда появляется ребенок.

И часто здесь проявляется внутренний конфликт. Ведь там, где есть желания, тут же возникают и запреты или страхи.