Стань себе хорошей мамой. Как согреть своего внутреннего ребенка и дать ему поддержку

Когда 20 лет назад я приехала в Германию, меня поразило обращение немцев с инвалидами. Они стараются всячески включать их в нормальную жизнь, создают специальные программы для детей, помогают им развиваться, окончить школу, получить профессию, найти работу на рынке труда и чувствовать себя полноценными членами общества.

У нас же часто инвалидов или больных людей стараются из общества выжить. Спрятать. Избавиться от них. Раньше родителям еще в роддоме предлагали отказаться от ребенка, если он был нездоров. Сколько детей с синдромом Дауна прозябает в психдиспансерах без права и возможности на развитие и нормальную жизнь?

По воле судьбы я часто общалась с инвалидами с детства. У многих из них были безумно любящие и защищающие мамы, которые делали для детей все, заботились о них по мере своих возможностей и даже превосходя их. Многие мамы, оберегающие своих чад в настоящем, боялись даже думать о будущем. О том моменте, когда их самих не станет.

Виктория часто задавала своей маме и окружающим один и тот же вопрос: «Что будет со мной, когда ты умрешь?» Каждый раз она получала один и тот же ответ: «Прекрати задавать глупые вопросы», «Зачем ты маму хоронишь?», «Что за бред ты несешь?» – и тема закрывалась до следующего раза.

Ко мне Вика попала с депрессией. Ей было 35, она все еще жила со своей заботливой мамой, чувствовала себя местами маленькой, а местами взрослой, мало что знала о жизни и очень сильно переживала. Она волновалась о завтрашнем дне. Потому что, несмотря на все диагнозы, она понимала свою абсолютную зависимость от мамы. И она боялась того момента, когда мамы не станет, но никто не хотел с ней говорить об этом.

Я долго думала, стоит ли писать эту главу, и решила, что стоит. Тема больных детей табуирована в семьях, в обществе, но она важна, и о ней нужно говорить. И, к счастью, в последние годы тренд меняется. Благодаря интернету родителям проще получать информацию, находить единомышленников и поддержку, искать способы реабилитации и просто человеческое участие.

Вика в детстве переболела менингитом. Она всегда была неспокойной и вертлявой, ей трудно давалось тихо сидеть на уроках в школе, она постоянно вертелась, ей было все интересно. Но она мешала учительнице и не вписывалась в образ прилежной ученицы. Уже в начальной школе учителя стали советовать Викиной маме отправить ее в интернат. «Она необучаема, ей не место в нормальной школе».

Викина мама терпеливо выслушивала эти предложения и не реагировала на них.

Тогда учителя собрали школьную комиссию, чтобы вынудить маму отказаться от дочери, но та отстояла Вику. При этом выяснилось, что классный руководитель манипулировал оценками девочки, находя ошибки в диктанте там, где их не было. Вика не была плохой или глупой. Она просто немного отличалась. И за это ее не любила учительница.

Вика окончила среднюю школу. Развод родителей в 16 лет стал для нее сильным потрясением, и она заболела. У нее начала развиваться шизофрения. В последующие годы Вика снова и снова попадала в больницу, получила инвалидность и, к сожалению, не смогла учиться дальше.

Сейчас Вике 35, она не получила профессию и все еще живет с мамой. Мама любит ее несмотря ни на что, но боится ее нагружать. Она так сильно страшится очередного витка болезни, что не дает Вике ни малейшего шанса расстроиться или испытать фрустрацию. «Я сама это сделаю», – звучит часто в доме Вики.

А Вика, как любой нормальный человек, не стремится брать на себя дополнительные обязательства. Поэтому в свои 35 она живет так, будто ей 8. Она не умеет готовить, не умеет убирать, не умеет обращаться с деньгами, ведь их у нее никогда не было. Порой она помогает маме, но только под настроение. Ей сложно выдерживать фрустрацию и подстраиваться под правила. Она полностью зависит от родительницы.

Мама дала Вике ощущение безусловной любви и абсолютного принятия. Это помогает ей осознавать свою значимость в жизни, легче идти на контакт, просить помощи, если она ей нужна. Вика открыта миру, но совершенно к нему не приспособлена.

Здесь мама оказала своему ребенку медвежью услугу. Она так сильно боялась за здоровье дочери, что удушила все ее автономные порывы. И Вика чувствует свою неприспособленность к жизни, а еще всегда слышит голос мамы в голове: «Ты не справишься, дай я сама сделаю». Она не верит в себя и даже не пытается пробовать.

Ведь она свято верит в правоту мамы и даже не догадывается о том, насколько мама на самом деле ошибается.

Всю свою жизнь Вика слышит отовсюду, что без мамы пропадет, она должна слушаться маму, мама о ней заботится. Все это правда. С одной стороны, так Вика получает заботу, защиту и любовь. Но есть и обратная сторона медали. Не нагружая дочь, Викина мама не дает ей возможности взрослеть и расти. Поэтому физически ее дочь взрослая, а психологически еще ребенок. И, как каждый ребенок, она боится потерять маму.