Стань себе хорошей мамой. Как согреть своего внутреннего ребенка и дать ему поддержку

Но она все еще ребенок. Со своими потребностями и желаниями. Ее может раздражать сестра, которая все время хочет с ней играть, требует внимания, ходит, как хвостик. Галя может злиться, потому что ей приходится приглядывать за младшей, а то и брать ответственность на себя.

В свои восемь лет Галя водила сестричку в садик. Многие дети так делали, поэтому никто не удивлялся. Это сейчас странно подумать, что второклассница могла взять на себя ответственность за другого ребенка. Хорошо, что ничего не случилось, а то даже страшно подумать, что было бы.

Но когда Галя злилась, убегала от сестрички, хотела сама играть со своими подружками, отказывалась делиться куклами, сестра плакала или жаловалась. И тут включалась мама.

«Галя, ты же старше. Будь умнее, уступи».

Мама говорила те заветные слова, которые волшебным образом «разрешали» конфликт, вернее приводили к его завершению. Гале приходилось надевать на себя бремя старшей, умной и давать маме и сестре то, что им было нужно.

Злиться она при этом не переставала. Иногда она выпускала пар на младшенькой. А иногда просто продолжала срывать злость на себе.

За свои чувства. За свою ярость. За то, что ей не хватает любви и заботы. За то, что она не такая, как хочет мама. За то, что мама расстраивается, когда они ругаются. Наверное, она плохая дочь.

И она старалась быть хорошей.

Галю любили коллеги и друзья, ведь она всегда помогала, была добродушной, никогда не отказывала и никогда не скандалила. Она была идеальным человеком.

В Галине поселился интроект мамы, который в хорошие будние дни прекрасно исполнял свои задачи, заботился и помогал. Но при малейшем намеке на конфликты внутренняя мама Гали доставала намордник и надевала его ей.

Скажете ли вы, что человек в наморднике свободен? Счастлив? Удовлетворен?

Мне трудно представить подобную ситуацию.

Такие люди кажутся милыми и обходительными, но по отношению к себе они бывают жесткими и даже жестокими. В зависимости от пережитого в детстве опыта человек может немного одергивать себя или же очень сильно наказывать за непослушание.

Я знаю случаи, когда страх перед собственным наказанием за непослушание настолько велик, что человек даже боится думать о том, чтобы стать «нехорошим» и отстаивать свои интересы. Здесь внутренняя мама или другие родительские интроекты вышли из-под контроля и устраивают самосуд и произвол.

Да, с точки зрения психологической логики 40-летней давности, можно понять страх разочаровать другого человека или даже обидеть его. Но этот страх способен существенно подпортить жизнь.

Интроект может давить человека. А может вынуждать его искать способы выпускать агрессию на других людей. В случае Галины существовало несколько сценариев. Она могла стать врачом, учителем, воспитателем, полицейским и т. д., то есть получить профессию и власть по умолчанию и пользоваться ею.

Она так же могла работать в офисе, работать за себя, за всю команду и позволять уводить премии и повышения у себя из-под носа. И так как возмущаться ей нельзя, она постепенно становилась бы злобной женщиной.

Агрессия никуда не уходит, если ее запрещают. Она просто ищет другие способы выхода.

Апеллируя к сознанию Галины, мама запрещала ей иметь те эмоции и потребности, которые она проявляла. Но мама также закрывала свои потребности и задачи, неосознанно приучая дочь отказываться от себя во благо высшей цели: мамы, ее спокойствия, семьи, гармонии дома.

Это большая нагрузка на ребенка. Ему приходится делать то, с чем родители не справляются. Если они не выдерживают конфликтов, они просто запрещают их. Если им трудно, они передают эстафету решения ситуации другому, в данном случае ребенку. При этом ребенок получает не только ответственность, но и власть. А власть намного приятнее, чем бессилие перед мамой или перед своими эмоциями.

Мой супервизор называет это явление Синдромом старшей сестры. Старшие девочки в семье уже в раннем детстве начинали помогать родителям: присматривать за младшими, готовить, стирать, убирать. Они были важным звеном в семье и обеспечивали ее существование как системы, часто ценой своей личности, свободы и иногда счастья.

Во многих семьях были такие незамужние тетушки или бабушки, которые всю жизнь заботились о других, жили у родственников, помогали им. Но свою жизнь они так и не построили.

Таких Галин миллионы. Хороших, добрых людей, которым так трудно отстаивать свои интересы. Как только она слышит внутренний голос, который говорит ей о ее желаниях, потребностях, в ней активируется внутренняя мама, призывающая быть терпимой, не становиться эгоисткой, не обижать других и не создавать проблем.

Здесь снова нужно договариваться с мамой.

Напишите маме письмо. Расскажите ей о том, чего вы на самом деле хотите. Расскажите, почему вам это важно. И зафиксируйте свое право на хорошую жизнь, удовлетворяющую вас.