Читаем Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах полностью

Когда я служил военным врачом в одной из летных частей Вооруженных сил, так случилось, что всего за полгода в нашем гарнизоне прошло три (!) выездных заседания военного трибунала. В абсолютном большинстве воинских частей подобные мероприятия не проводились никогда, а тут в одном гарнизоне – три! Такие заседания проводятся специально в воспитательных целях, чтобы молодые солдаты не повторяли чужих ошибок. Все три заседания связаны с автотранспортными происшествиями, в одном из которых погиб мой фельдшер, за неделю до этого прибывший к нам в часть для прохождения службы. На подсудимых солдат, виновных в этих происшествиях, жалко было смотреть. Они все поняли – и свою вину, и невозвратимость потерь для родных погибшего. Но это поняли только они! Потому что, как я уже сказал, ситуация повторялась трижды за каких-то 6 месяцев! И теперь уже новые солдаты сидели на скамье подсудимых и все понимали. А другие продолжали считать, что все это от них далеко, в другом мире.

У психологических ошибок есть одно свойство. Человеку всегда кажется, что с ним-то такое случиться не может. Ошибки, особенно катастрофические, возможны у кого угодно, но не у меня.

Беседа с пациентом и его родственниками – неотъемлемая и очень важная часть работы врача. Это просто необходимо как для одной стороны, так и для другой. Большинство проблем в жизни возникает от недоговоренностей и недопонимания. И в быту, и в семейной жизни, и на работе. Важно, чтобы стороны друг друга услышали. Но каждый ведь слышит в первую очередь только то, что ему хочется слышать. М. И. Лыткин любил повторять слова Мольтке: «Определяйте понятия четко. Если вы можете быть неправильно понятыми – вы обязательно будете понятыми неправильно».

Одно из лучших средств против ошибок в работе хирурга – беседы с родственниками не только перед операцией и не только после удачных операций, но в первую очередь при неудачах. Это самое тяжелое в нашей работе. И это очень сильно дисциплинирует.

У разных людей – разные представления об одних и тех же вещах. Мне на всю жизнь запомнился эпизод, когда я с группой курсантов проводил клинический разбор пациента с абсцессом легкого. Придерживаясь методики опроса, я спросил у него, как обстоят дела с приемом алкоголя. Ответ – «Как у всех». Меня что-то заставило переспросить: «А как у всех?» И тут пациент огорошил и насмешил: «Бутылка в день». И он ведь искренне считал, что бутылка спиртного в день – это норма.

У меня, кстати, был пациент, руководитель какого-то крупного предприятия, который ежедневно выпивал литр чистого спирта. Об этом меня честно предупредила его супруга. С ее слов, у него в кабинете стоял графин с разведенным спиртом (не водкой, виски или коньяком, а именно со спиртом; видимо, он считал, что «чистый» спирт наименее вреден для организма), из которого он постоянно на протяжении всего дня прихлебывал. И так на протяжении последних нескольких лет! Ему предстояла операция по поводу острого инфекционного эндокардита, и она боялась, что без алкоголя он просто не доживет до операции, а в клинике могут этого не понять.

Так и в отношении других сторон жизни – представления у всех разные. Иногда в беседе лучше усугубить тяжесть ситуации, но не настолько, чтобы запугать пациента и его родственников, – нельзя убивать надежду.

О психологии хирурга говорить можно много, но сами хирурги не являются профессиональными психологами, а у реальных психологов много других сфер приложения своих знаний и навыков. Страх – это не самая большая беда. Он ведь часто уберегает от ошибок. Но панический или постоянный страх – это беда. Я знал грамотных хирургов, которые боялись оперировать. Большинство из них оставили хирургию, или, по крайней мере, большую хирургию. Отличительной особенностью таких хирургов является то, что они оперируют очень медленно. Именно из-за страха что-нибудь повредить. Бывают, конечно, и просто флегматичные люди, делающие все не спеша просто в силу своего темперамента. Речь не о них. Речь о медленно оперирующих из-за неуверенности и страха. Это относится и к начинающим. Чтобы оперировать быстро и уверенно, преодолеть собственный страх есть три правила:

1) хорошо знать хирургическую анатомию хотя бы той области, где проводится вмешательство;

2) отрабатывать мануальные навыки, а значит, больше оперировать, работать в морге, постоянно тренироваться;

3) заранее быть готовым к самому худшему варианту развития событий и иметь четкий план действий при возникновении осложнений. Если ты готов к худшему, все мелкие неприятности не создадут атмосферы страха и паники.

Перейти на страницу:

Все книги серии Профессия: врач. Невыдуманные истории российских медиков

Милосердие смерти
Милосердие смерти

Если спросить врача-реаниматолога о том, почему он помнит только печальные истории, он задумается и ответит, что спасенных им жизней, конечно же, большинство… Но навечно в сердце остаются лишь те, кого ему пришлось проводить в последний путь.Спасать жизни в России – сложная и неблагодарная работа. Бесцеремонность коллег, непрофессионализм, отсутствие лекарств и оборудования, сложные погодные условия – это лишь малая часть того, с чем приходится сталкиваться рядовому медику в своей работе. Но и в самый черный час всегда остается надежда. Она живет и в сердце матери, ждущей, когда очнется от комы ее любимый сын, есть она и в сердце врача, который несколько часов отнимал его у смерти, но до сих пор не уверен, смог ли…Истории в этой книге не выдуманы, а собраны по крупицам врачом-реаниматологом, который сделал блестящую карьеру в России и бросил все, когда у него попытались отнять самое ценное – человечность. Это честный рассказ о том, чего нельзя узнать, не поносив медицинского халата; о том, почему многие врачи верят в Бога, и о том, как спасение одной чужой жизни может изменить твою собственную.

Сергей Владимирович Ефременко

Биографии и Мемуары
Вирусолог: цена ошибки
Вирусолог: цена ошибки

Любая рутинная работа может обернуться аварией, если ты вирусолог. Обезьяна, изловчившаяся укусить сквозь прутья клетки, капля, сорвавшаяся с кончика пипетки, нечаянно опрокинутая емкость с исследуемым веществом, слишком длинная игла шприца, пронзившая мышцу подопытного животного насквозь и вошедшая в руку. Что угодно может пойти не так, поэтому все, на что может надеяться вирусолог, – это собственные опыт и навыки, но даже они не всегда спасают. И на срезе иглы шприца тысячи летальных доз…Алексей – опытный исследователь-инфекционист, изучающий наводящий ужас вируса Эбола, и в инфекционном виварии его поцарапал зараженный кролик. Паника, страх за свою жизнь и за судьбу близких, боль и фрустрация – в такой ситуации испытал бы абсолютно любой человек. Однако в лаборатории на этот счет есть свои инструкции…

Александр Чепурнов

Биографии и Мемуары
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах

Врачебные ошибки – большая и острая социальная проблема, которая может коснуться каждого. Цена ответственности очень высока. Сами врачи об ошибках писать не любят, потому что вспоминать о них достаточно тяжело, если писать все честно. Но иногда это делать необходимо.Книга «Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах» –  своеобразное обобщение коллективного опыта. В ней автор делится профессиональными и жизненными историями, интересными и трагичными случаями из своей медицинской практики и личными историями пациентов.Издание предназначено начинающим и опытным врачам различных специальностей, преподавателям и студентам медицинских вузов, а также всем людям, которые интересуются проблемой врачебных ошибок в медицине.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Назим Низамович Шихвердиев

Медицина
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже