Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах

Вернусь к вариантам технических ошибок, с которыми приходилось сталкиваться по жизни. Однажды в Военно-медицинскую академию ответственному дежурному поступил звонок из небольшого военного госпиталя, располагавшегося на территории Ленинградского округа. Там во время операции по поводу варикозного расширения вен нижней конечности хирург вместо вены вскрыл общую бедренную артерию и пытался зондом ее удалить, но все же сообразил, что тут что-то не так, а поправить ситуацию не смог и просит экстренной помощи. Деталей переговоров не знаю, но к нам в клинику ближе к вечеру доставили пациента с повреждением бедренной артерии. К счастью, нога сохранила жизнеспособность. Ушить рану сосуда не представлялось возможным, и поврежденный участок артерии был протезирован аутовенозной вставкой.

На несчастного начальника отделения того госпиталя, оперировавшего этого солдата, было жалко смотреть – приехал, несмотря на зимнее время, в одном операционном белье. Когда все благополучно закончилось, пришлось отпаивать его чаем с коньяком по-капитански (чай наливается в стакан, и в него добавляется коньяк, а после каждого отхлебывания из чашки добавляется только коньяк). Объяснить, как он умудрился перепутать артерию с веной, хирург так и не смог. Вероятно, подвела самоуверенность, и вместо обязательной ревизии зоны операции хирург сразу же взялся за первый попавшийся ему на глаза сосуд, по внешним признакам приняв его за вену. Этот случай тоже не единичен. В нашей же академии в 80-х годах прошлого века один из хирургов таким же образом ввел зонд в артерию и удалил ее. В результате острая ишемия нижней конечности с инвалидизацией пациента. А хирург был услан из академии. Страна у нас большая, а во времена Советского Союза была еще больше.

Самая же необычная история, иллюстрирующая тезис о значимости «мелочей» в кардиохирургии, мне попалась на глаза в одном из американских медицинских журналов (Neri. E., е.а., 2000). Дело было в Сиене (Италия). Женщина 69 лет поступила в приемное отделение местного госпиталя с явлениями острой сердечной недостаточности. За два месяца до того ей были выполнены гастрэктомия и резекция левой доли печени по поводу онкологического заболевания желудка. Но за прошедшее с того момента время пациентка успела восстановиться и до последнего дня чувствовала себя хорошо. Ухудшение наступило внезапно и сопровождалось картиной шока. В связи с подозрением на расслаивающую аневризму аорты ей была экстренно выполнена мультиспиральная КТ грудной полости, на которой выявлена тампонада сердца, подтвержденная данными эхокардиографии.

Больную сразу же перевезли в операционную. Была произведена срединная продольная стернотомия и вскрыт перикард. В его полости оказалось 2,5 литра жидкой крови и свертков. После их удаления и стабилизации гемодинамики провели ревизию и выявили на диафрагмальной поверхности сердца кратерообразное углубление в стенке правого желудочка, из которого продолжалось поступление крови. Небольшое отверстие ушито одним П-образным проленовым швом на прокладках.

Учитывая, что оставалось не очень понятным, каким образом возник дефект стенки правого желудочка, после устранения источника кровотечения продолжена ревизия. Связались с оперировавшим пациентку по поводу опухоли желудка хирургом. Он сообщил, что первая операция прошла штатно. После наложения эзофагоеюноанастомоза он прификсировал последний к диафрагме одним швом из «монофиламентного» материала. Оказалось, что при этом хирург оставил очень длинные «усы», которые проникли через диафрагму в полость перикарда и за два месяца «протерли» дырку в миокарде правого желудочка. В результате женщина едва не погибла от кровотечения. Вот вам и «мелочь» – несоразмерная длина оставленных «усиков» от наложенного шва.

Прочитал эту статью и вспомнил давний случай из собственной практики, тоже связанный с длиной оставленных «усов». Мужчине 42 лет было выполнено протезирование аортального клапана механическим дисковым протезом. Все прошло вроде бы обычно, но в первые дни после операции выявлена регургитация на протезе, которая расценена как парапротезная и гемодинамически значимая. Дело было в начале июля, а с середины июля клиника обычно закрывалась на летний период для проведения косметического ремонта. Поэтому решили не оставлять пациента под наблюдением, а оперировать повторно.