К ошибкам можно отнести и тот факт, что заболевший отменял себе некоторые назначенные ему препараты. Эти ошибки мне перечислил сам допустивший их доктор, никого при этом не виня. Пожалуй, именно этот конкретный случай полностью перевернул в моем сознании представление об опасности коронавирусной инфекции.
Выполнение плановых кардиохирургических вмешательств в Санкт-Петербурге на период пандемии было приостановлено. Однако люди не должны умирать не только от коронавируса, но и от других, в том числе сердечно-сосудистых, заболеваний. Поступил пациент с механической желтухой вследствие злокачественной опухоли поджелудочной железы. С желтухой справились, наладив дренирование желчевыводящих путей, однако у пациента оказалась тяжелая митральная недостаточность. Операцию на поджелудочной железе при таком пороке сердца он мог не перенести. Первым этапом требовалось устранить сердечную патологию. Выполненный ранее тест на COVID был отрицательный. Взяли повторно пробу при госпитализации, но ночью состояние пациента ухудшилось, и он был доставлен в операционную, не дожидаясь результата анализов на коронавирус (ошибка!). Ответ пришел положительный, когда уже была вскрыта грудная клетка. Вся бригада «перемылась» и переоделась в защитные костюмы. Стресс для всех был реальный, особенно для женской части бригады. К счастью, операция прошла успешно. Пациента перевели сразу из операционной в дежурный «хирургический» COVID-стационар с действующей реанимацией. С пациентом все закончилось благополучно, а вся бригада была после проведения контрольных тестов отправлена на двухнедельный карантин. Всем нам сильно повезло, что никто не заболел. Однако меры контроля были ужесточены.
Ошибок, к сожалению, много. И автор этих строк, несмотря на написанную об этом книгу, их не избежал. Тоже вследствие отсутствия понимания всей серьезности проблемы.
Ошибки, ошибки, ошибки… К сожалению, они повторяются.
Вот как описали руководители госпиталей, перепрофилированных под прием пациентов с коронавирусной инфекцией, основные ошибки лечения тяжелых форм COVID-19: преобладают чрезмерное назначение антибиотиков, неверная тактика ведения больных и не назначенная своевременно антицитокиновая терапия. Об этом сообщили медицинские эксперты на онлайн-конференции «COVID-19. Что мы знаем и как действовать дальше», организованной благотворительными фондами «Система» и «Сердце Евразии» 29 мая 2020 г., когда еще сохранялся режим жестких ограничений.
По мнению реаниматологов, один из наиболее частых рисков потенциальных осложнений у пациентов с тяжелыми формами коронавирусной инфекции – динамическое перераздувание легких, которое впоследствии подтверждается результатами аутопсии. У пациентов с коронавирусной инфекцией нередко наблюдается неклассический острый респираторный дистресс-синдром. В таких случаях физиологические параметры пациентов могут отличаться от нормальных, поэтому режимы, интенсивность и параметры респираторной терапии следует регулярно пересматривать, то есть отходить от стандартов. Однако это легко говорить анестезиологам, понимающим физиологию дыхания и знающим критерии оценки основных параметров газообмена. В большинстве же случаев занимались лечением COVID-пневмоний специалисты, далекие от анестезиологии, которым просто необходимы какие-то ориентиры, то есть стандарты.
Как рассказал заместитель главного врача Центра для лечения пациентов с новой коронавирусной инфекцией Первого Санкт-Петербургского государственного медуниверситета им. акад. И. П. Павлова профессор Александр Куликов, один из наиболее важных моментов терапии – не пропустить развитие у пациента «цитокинового шторма». Но остается открытым вопрос, когда отменять антибиотики и назначать антицитокиновую терапию: на 7–8-е сутки, когда криз только начинается, или когда он находится в развернутой фазе. Фраза о «цитокиновом шторме» звучит эффектно, но тут же зазвучали голоса, что в тяжелых случаях нарастает не только количество цитокинов, но и резко повышается уровень сахара в крови. Может, надо объявить и о «глюкозном шторме»?
Что в этой ситуации считать ошибкой: соблюдение стандартов или отход от них, концентрацию внимания только на цитокинах или на чем-то еще? Покажет только время. Главное, что работа над ошибками уже ведется.
Я не раз упоминал, что существует множество параллелей между авиацией и хирургией. Общее – высокая ответственность за жизнь и здоровье других людей. Но есть и различия. В авиации существуют такие понятия, как летные происшествия и предпосылки к ним. С летными происшествиями разбираются, а за предпосылки сурово наказывают.
В медицине тоже есть врачебные ошибки и есть предпосылки – за последние никто ответственности не несет.