Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах

Комментарий автора

Прочитав описание данного клинического наблюдения, не сразу понял, в чем состоит ошибка. Скорее, это некая победная реляция. Но к присланным клиническим данным была добавлена небольшая приписка оперировавшего хирурга, которая многое прояснила. Привожу ее дословно: «Я в своей жизни два раза сталкивался с пациентами, ранее перенесшими довольно массивную рентгенотерапию, которых оперировал по поводу опухолей органов грудной клетки. Одну пожилую женщину оперировал после мастэктомии и лучевой терапии, встретил каменные, сдавливающие полые вены старые лимфатические узлы, что привело к значительным трудностям подключения аппарата. Приведенный в файле случай убедил меня, что таких пациентов лучше не трогать, так как ИК у них вызывает, образно говоря, рецидив их лучевой болезни, выбраться из которого очень сложно. Может быть, вам это будет интересно».

То есть здесь поднимается проблема оправданности проведения тех или иных операций. Ошибочным в некоторых случаях можно считать уже само решение о необходимости хирургического вмешательства. Хирурги ведь не боги. И не все в наших возможностях. Где грань этих возможностей, вопрос очень тонкий и сугубо индивидуальный. Но, поднимая его, надо в первую очередь думать не о том, сможешь ли ты технически выполнить весь необходимый объем операции, а о том, насколько это облегчит жизнь пациенту.

Рассказ шестой

Вперед, в будущее…

Информация прислана в виде подробнейшей презентации, но, чтобы не загружать восприятие мелкими, малоинформативными по сути деталями, я привожу ее в собственном изложении, использовав только качественный иллюстративный материал и сохранив собственный анализ ошибок оператора.

Молодому мужчине 28 лет, поступившему в кардиохирургическое отделение с диагнозом ВПС, двустворчатый аортальный клапан, аневризма корня, восходящей и дуги аорты, кальциноз корня аорты и дуги аорты, было выполнено протезирование восходящей и дуги аорты в условиях циркуляторного ареста и тотальной персональной перфузии мозга, протезирование ветвей дуги аорты (Х-графт) по методике Т. Дэвида (с сохранением собственного аортального клапана).

Клиническими показаниями были давящие боли в левой половине грудной клетки, снижение толерантности к физическим нагрузкам, учащенное сердцебиение, подъемы АД до 170 мм рт. ст. На ЭхоКГ выявлено увеличение восходящей аорты до 60 мм.

В первые сутки после операции больной наутро экстубирован, в сознании, без неврологических расстройств, гемодинамически стабилен – АД 115/70 мм рт. ст., ЧСС – 72 уд./мин. На ЭхоКГ – легкий гипокинез правого желудочка, ФВ – 58 %, аортальная недостаточность 0–1-й степени. На вторые сутки на фоне абсолютно нормального течения послеоперацилонного периода в 5:30 утра больной стал несколько заторможен, появилась тенденция к гипотонии и нарастанию лактата. В 7:00 отмечены резкое падение гемодинамики и гипотония, несмотря на нарастающие дозы тоников. В 7:10 начат непрямой массаж сердца с экстренным подключением ЭКМО (экстракорпоральная мембранная оксигенация) через бедренные артерию и вену. Больной экстренно направлен в рентгеноперационную. При этом выявлено, что правая коронарная артерия – малого диаметра с критическим стенозом устья. Выполнено стентирование ее устья стентом M’SureS 2,5 – 12 мм.

Аортография. Расслоение грудной аорты

Экстракорпоральная мембранная оксигенация продолжалась до 27-х суток. При этом с 16-х по 18-е сутки отмечался второй подъем содержания тропонина. На 35-е сутки пациент был выписан из стационара.

Динамика уровня тропонина на фоне проведения ЭКМО

Хирургические ошибки, допущенные по мнению самого оператора: