Читаем Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах полностью

Комментарий автора

Где сердце и где поджелудочная железа? Анатомически совершенно разные зоны. Но и нам приходилось сталкиваться с подобными осложнениями со стороны относительно удаленных от сердца органов, из которых почечная недостаточность – не самое страшное. Хотя бы потому, что есть гемодиализ. Но большие дозы адреномиметиков, особенно норадреналина, – это мощный удар по паренхиматозным органам брюшной полости. И развитие после тяжелой операции на сердце панкреонекроза на сегодняшний день практически означает неизбежность летального исхода. Разорвать порочный круг, когда требуются огромные дозы адреномиметиков, которые «давят» микроциркуляцию в других внутренних органах, что ведет к усилению эндоинтоксикации и усугублению расстройств центральной гемодинамики, а соответственно, к еще большему увеличению дозы инотропов, практически невозможно. Иногда на ранних стадиях, пока еще «лавина» не сошла, это удается сделать, подключив внутриаортальный баллонный контрпульсатор и за счет этого уйдя или значительно снизив дозы инотропных препаратов, в первую очередь норадреналина.

Что касается почечной недостаточности, то инволюционные изменения со стороны нефронов наиболее отчетливо проявляются после 40 лет, хотя, как установлено, они начинаются уже после второго десятилетия жизни (Coresh J., 2007). При этом в каждые последующие 10 лет число нефронов уменьшается примерно на 10 %, а клубочковая фильтрация снижается примерно на 7 % (А. С. Мелентьев, В. С. Гасилин и др., 1995). В результате к 70 годам жизни подвергается склеротическим изменениям, то есть гибнет, до 30 % нефронов, а к 90 годам – почти до 50 % (И. А. Борисов, В. В. Сура, 1995). Таким образом, к 70–90 годам функционирующих нефронов остается 50–70 %.

Нарушения структуры стареющей почки влекут за собой прогрессирующее снижение ее функциональной способности – почечной гемодинамики, клубочковой фильтрации, канальцевого транспорта веществ. Нарушается также и ее инкреторная функция. В общем, причин для развития почечной недостаточности у лиц пожилого и старческого возраста – с избытком.

Рассказ девятый
Послеоперационные кровотечения и развитие технологий
Перейти на страницу:

Все книги серии Профессия: врач. Невыдуманные истории российских медиков

Милосердие смерти
Милосердие смерти

Если спросить врача-реаниматолога о том, почему он помнит только печальные истории, он задумается и ответит, что спасенных им жизней, конечно же, большинство… Но навечно в сердце остаются лишь те, кого ему пришлось проводить в последний путь.Спасать жизни в России – сложная и неблагодарная работа. Бесцеремонность коллег, непрофессионализм, отсутствие лекарств и оборудования, сложные погодные условия – это лишь малая часть того, с чем приходится сталкиваться рядовому медику в своей работе. Но и в самый черный час всегда остается надежда. Она живет и в сердце матери, ждущей, когда очнется от комы ее любимый сын, есть она и в сердце врача, который несколько часов отнимал его у смерти, но до сих пор не уверен, смог ли…Истории в этой книге не выдуманы, а собраны по крупицам врачом-реаниматологом, который сделал блестящую карьеру в России и бросил все, когда у него попытались отнять самое ценное – человечность. Это честный рассказ о том, чего нельзя узнать, не поносив медицинского халата; о том, почему многие врачи верят в Бога, и о том, как спасение одной чужой жизни может изменить твою собственную.

Сергей Владимирович Ефременко

Биографии и Мемуары
Вирусолог: цена ошибки
Вирусолог: цена ошибки

Любая рутинная работа может обернуться аварией, если ты вирусолог. Обезьяна, изловчившаяся укусить сквозь прутья клетки, капля, сорвавшаяся с кончика пипетки, нечаянно опрокинутая емкость с исследуемым веществом, слишком длинная игла шприца, пронзившая мышцу подопытного животного насквозь и вошедшая в руку. Что угодно может пойти не так, поэтому все, на что может надеяться вирусолог, – это собственные опыт и навыки, но даже они не всегда спасают. И на срезе иглы шприца тысячи летальных доз…Алексей – опытный исследователь-инфекционист, изучающий наводящий ужас вируса Эбола, и в инфекционном виварии его поцарапал зараженный кролик. Паника, страх за свою жизнь и за судьбу близких, боль и фрустрация – в такой ситуации испытал бы абсолютно любой человек. Однако в лаборатории на этот счет есть свои инструкции…

Александр Чепурнов

Биографии и Мемуары
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах

Врачебные ошибки – большая и острая социальная проблема, которая может коснуться каждого. Цена ответственности очень высока. Сами врачи об ошибках писать не любят, потому что вспоминать о них достаточно тяжело, если писать все честно. Но иногда это делать необходимо.Книга «Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах» –  своеобразное обобщение коллективного опыта. В ней автор делится профессиональными и жизненными историями, интересными и трагичными случаями из своей медицинской практики и личными историями пациентов.Издание предназначено начинающим и опытным врачам различных специальностей, преподавателям и студентам медицинских вузов, а также всем людям, которые интересуются проблемой врачебных ошибок в медицине.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Назим Низамович Шихвердиев

Медицина
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже