Читаем Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах полностью

К сожалению, «современные технологии» становятся таковыми только после изучения отдаленных результатов их применения. Это сколько? Двадцать, тридцать или сорок лет? С изобретением новых бескаркасных протезов, новых реконструктивных операций на аортальном клапане появились и новые технологии операции на корне аорты. Казалось бы, идея хорошая: сделать пластику аортального клапана или имплантировать бескаркасный биологический протез, пациентам не нужны антикоагулянты, и они могут вести качественно полноценный образ жизни. Дооперационным показанием является замена аортального клапана при аортальном стенозе на бескаркасный биологический протез. Но при ревизии корня аорты отчетливо визуализируется узкое фиброзное кольцо и «слегка» дилатированное постстенотическое синотубулярное соединение, неравномерное расширение одного из синусов Вальсальвы. Возникает вопрос: показана ли имплантация бескаркасного биологического протеза или реконструктивной операции на аортальном клапане в узкий корень аорты с элементами нарушения его геометрии? Технически имплантация может быть выполнена, но какой будет отдаленный результат? После успешной имплантации пациент приходит на контрольную эхокардиографию через шесть месяцев, на которой определяется небольшой градиент на функционирующем протезе, небольшая дилатация синотубулярного соединения и незначительная одышка, которую обычно сами пациенты склонны связывать «с операцией на сердце».

Хирургической ошибкой может быть применение технологии, которая, как выяснилось через 10 лет, оказалась непригодной для части пациентов, особенно с появлением каркасных, длительно функционирующих биологических протезов, обеспечивших более надежные отдаленные результаты.

Многие ошибки хирурга связаны с несоблюдением показаний к конкретной операции. Разные показания существуют для выбора хирургического доступа, метода подключения искусственного кровообращения, использования определенных канюль. После остановки сердца выполняется интраоперационная ревизия структур сердца, клапанов, и опять возникает вопрос о показаниях к выполнению того или иного метода вмешательства, выбору имплантата и хирургической техники. С этой точки зрения хирург является специалистом, который должен применить показания в очень узкий промежуток времени с учетом индивидуальных особенностей пациента.

Где взять показания на каждый шаг в работе хирурга? Они берутся из статей, общения с коллегами и, конечно же, из личного опыта, который может быть разнообразным в зависимости от опыта учителей, навыков, способностей, условий работы и субъективных факторов. Но этих факторов слишком много, и все учесть, к сожалению, невозможно.

Перейти на страницу:

Все книги серии Профессия: врач. Невыдуманные истории российских медиков

Милосердие смерти
Милосердие смерти

Если спросить врача-реаниматолога о том, почему он помнит только печальные истории, он задумается и ответит, что спасенных им жизней, конечно же, большинство… Но навечно в сердце остаются лишь те, кого ему пришлось проводить в последний путь.Спасать жизни в России – сложная и неблагодарная работа. Бесцеремонность коллег, непрофессионализм, отсутствие лекарств и оборудования, сложные погодные условия – это лишь малая часть того, с чем приходится сталкиваться рядовому медику в своей работе. Но и в самый черный час всегда остается надежда. Она живет и в сердце матери, ждущей, когда очнется от комы ее любимый сын, есть она и в сердце врача, который несколько часов отнимал его у смерти, но до сих пор не уверен, смог ли…Истории в этой книге не выдуманы, а собраны по крупицам врачом-реаниматологом, который сделал блестящую карьеру в России и бросил все, когда у него попытались отнять самое ценное – человечность. Это честный рассказ о том, чего нельзя узнать, не поносив медицинского халата; о том, почему многие врачи верят в Бога, и о том, как спасение одной чужой жизни может изменить твою собственную.

Сергей Владимирович Ефременко

Биографии и Мемуары
Вирусолог: цена ошибки
Вирусолог: цена ошибки

Любая рутинная работа может обернуться аварией, если ты вирусолог. Обезьяна, изловчившаяся укусить сквозь прутья клетки, капля, сорвавшаяся с кончика пипетки, нечаянно опрокинутая емкость с исследуемым веществом, слишком длинная игла шприца, пронзившая мышцу подопытного животного насквозь и вошедшая в руку. Что угодно может пойти не так, поэтому все, на что может надеяться вирусолог, – это собственные опыт и навыки, но даже они не всегда спасают. И на срезе иглы шприца тысячи летальных доз…Алексей – опытный исследователь-инфекционист, изучающий наводящий ужас вируса Эбола, и в инфекционном виварии его поцарапал зараженный кролик. Паника, страх за свою жизнь и за судьбу близких, боль и фрустрация – в такой ситуации испытал бы абсолютно любой человек. Однако в лаборатории на этот счет есть свои инструкции…

Александр Чепурнов

Биографии и Мемуары
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах

Врачебные ошибки – большая и острая социальная проблема, которая может коснуться каждого. Цена ответственности очень высока. Сами врачи об ошибках писать не любят, потому что вспоминать о них достаточно тяжело, если писать все честно. Но иногда это делать необходимо.Книга «Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах» –  своеобразное обобщение коллективного опыта. В ней автор делится профессиональными и жизненными историями, интересными и трагичными случаями из своей медицинской практики и личными историями пациентов.Издание предназначено начинающим и опытным врачам различных специальностей, преподавателям и студентам медицинских вузов, а также всем людям, которые интересуются проблемой врачебных ошибок в медицине.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Назим Низамович Шихвердиев

Медицина
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже