Третья цифровая война: энергетика и редкие металлы

Так как современный мир всецело зависит от сырья, мы высказываем все эти тезисы, основываясь на том, что видим собственными глазами; с другой стороны, для подавляющего большинства из нас они настолько противоречат здравому смыслу, что нам всем потребуются долгие годы, чтобы принять и признать их. И тогда мы наконец избавимся от иллюзий, которые мешали нам увидеть правду. Мы поймем, о чем предупреждал нас Карлос Таварес, глава автомобильной корпорации PSA, который, выступая в сентябре 2017 года на международном автосалоне во Франкфурте, говорил о пагубном влиянии электромобилей на окружающую среду: «Если власти хотят, чтобы мы производили электромобили, то пусть они для начала тщательно взвесят все за и против. Поскольку мне не хочется, чтобы через тридцать лет кто-то из них обнаружил, что эти машины обладают множеством недостатков, связанных с добычей используемых в них редких металлов, переработкой их батарей и электромагнитным излучением, распространяемым во время их подзарядки[150]».

Возможно, нас еще ждет скандал, связанный с электромобилями, который, как и в случае с дизельными двигателями, приведет к судебным процессам мирового масштаба. Мы вправе спросить себя, как мы могли так долго закрывать глаза на очевидные факты. Когда-нибудь мы признаем, что консенсус по этому вопросу, однажды достигнутый между экономическими и политическими кругами и поддержанный многочисленными экологическими организациями, не оставлял места ни для каких противоречий, разрушающих его стройную концепцию. Может быть, мы в конце концов согласимся с тем, что ядерная энергия все же менее опасна, чем те технологии, которыми мы собрались заменить ее, и что от нее очень сложно отказаться, несмотря на все многообразие видов энергии, которыми мы располагаем.

Получается, что нам придется изобретать новые виды технологий, которые пресса непременно назовет «волшебными», так как они должны будут решить те проблемы, которые мы создали, пытаясь построить новый, более экологически безопасный мир.

И не будем обвинять во всех грехах одних китайцев, казахов или жителей Конго! Западные страны также поспособствовали развитию этой ситуации, наводнив весь остальной мир редкими металлами, загрязняющими атмосферу.

3. Перенос производства редких металлов

Не сумев стать лидерами по добыче редких металлов, страны Запада предпочли перенести их производство – а вместе с ним и ущерб, который оно наносило окружающей среде, – в бедные страны, готовые пожертвовать своей природой ради денег.

Чтобы лучше разобраться во всей этой истории, одним летним утром 2011 года мы покинули шумный Лас-Вегас и направились на юго-запад по магистрали номер 15 – прямой дороге, соединяющей штаты Невада и Калифорния. Через два часа мы добрались до карьера, возле которого возвышались какие-то ржавые конструкции. Над ними реял выцветший американский флаг. Посреди этого царства камней и кустарников американская горнодобывающая компания Molycorp до 1990-х годов разрабатывала шахту Маунтин Пасс – самое крупное месторождение редкоземельных металлов на нашей планете.

США – бывший лидер на рынке редкоземельных металлов

Вопреки распространенному мнению, залежи редких металлов не сосредоточены лишь в основных горнодобывающих странах (Китай, Казахстан, Индонезия, ЮАР…)[151]. Они имеются повсюду, просто в некоторых зонах их концентрация более высока. Получается, что они одновременно редкие и совсем не редкие… Что же касается месторождений редкоземельных металлов – самых ценных из них, то они имеются в десятках стран[152]. Об этом нам напоминает отчет французского парламента: «до 1965 года добыча редкоземельных металлов велась в ЮАР, Бразилии и Индии, но их общемировое производство было небольшим: менее десяти тысяч тонн в год[153]». После этого, с 1965 по 1985 годы, начался следующий этап, во время которого мировым лидером по добыче редких металлов стали Соединенные Штаты. «США не были монополистами на этом рынке, – говорится далее в этом же отчете, – но объем их производства постоянно рос, достигая пятидесяти тысяч тонн в год[154]». А основная часть ресурсов была сосредоточена именно в шахте Маунтин Пасс.

Разработки, которые вела компания Molycorp, причиняли значительный ущерб окружающей среде. Это страшно злило ее руководство, которое не хотело тратиться на решение экологических проблем. Возможно, именно поэтому нам не разрешили посетить шахту. Отчаявшись, мы обратились в фирму по аренде двухмоторных самолетов и проинформировали Molycorp, что, не имея возможности осмотреть карьер, мы пролетим над ним завтра в два часа дня. Джон Хэддер (John Hadder), президент экологической организации Great Basin Resource Watch, весьма активной в этом регионе, согласился сопровождать нас.