Триалоги: импровизации на свободные темы

Когда все встречи оказались под запретом и режим ковида парализовал привычное общение, я решила во что бы то ни стало спасти проект. «Египетские ночи» ежедневно в 18:00 вывешивали первую тему в своей группе в фейсбуке[48], а в 18:20 – вторую. Откликнулись все участники и присоединились новые! Из разных стран и городов. Великобритания, Израиль, Германия, Томск, Коломна. География расширилась. Каждый из своей «изоляции» вдохновенно выходил в сеть по предложенному графику. Экспертами служили друг другу сами авторы. А темы выдавали явный терапевтический эффект турнира, так как растерянность, страх, а у кого-то и сама болезнь вызывали определенное желание проговорить их. Или наоборот – воспроизвести параллельно ускользающий мир привычных переживаний.

Так мы продержались примерно полгода, фейсбук углядел в нашей компании нечто противоречащее его уставу – иначе не могу объяснить внезапное закрытие группы господином Цукербергом. Мы перешли в телеграм и с тех пор существуем в нем по вторникам в те же 18:00.

До сих пор речь шла в основном об устоявшемся сообществе, где все уже более-менее знали, чего от кого ждать. Это не снижало интереса – так как каждый «сообщник» был в этом смысле «надежным поставщиком товара». Но за время существования ЕН неоднократно «выгуливались». Проводить турниры везде, где бы я ни оказалась, стало моим фирменным хеппенингом. То есть писали люди или вообще не знакомые друг с другом, или не знавшие друг друга с этой стороны. Одна из последних встреч была в Риге. Участники – молодые поэты, в том числе из Украины. Импровизации оказались исключительно ресурсными и в реабилитационном плане. Стол вообще призван объединять, а текст – сочувствовать. Вы бы видели, как мы потом все обнимались!

Ольга Сульчинская <a l:href="#n_49" type="note">[49]</a>. «Каждый пишет, как он дышит…»

1

Первая встреча была случайной. Зато второй я ждала с нетерпением!

Как и при каких обстоятельствах я попала на литературную импровизацию впервые, решительно не могу вспомнить. Думаю, это было во второй половине нулевых… Учитывая устойчивую идею, согласно которой писательство – дело сугубо уединенное, чтобы не сказать – одинокое, меня поразило само предложение писать целой компанией. Больше даже, чем необходимость уложиться в заданное время.

Помню, что на второй импровизации мы с Анной Аркатовой уже были вместе. Затем последовали новые, каждый раз вызывавшие удивление и восторг. Разнообразие предлагаемых тем, неожиданные повороты мысли, возможность получить немедленный отклик – все это было не только увлекательно, но и совершенно необычно.

А Михаил Эпштейн, который эти литературные импровизации проводил, уезжал – причем надолго, так что от одной импровизации до другой приходилось ждать по полгода. Однажды мы выразили сожаление по поводу того, что перерывы так велики. И он подал нам простую идею – вы же можете организовать это сами!

Что немедленно и было сделано. Наше начинание поддержали поэты Санджар Янышев и Вадим Муратханов, Анна придумала изумительно точное название «Египетские ночи», а приют мы получили в сводчатом подвальчике «Журнального зала» у Татьяны Тихоновой. Раз в месяц мы собирались там, звали друзей и знакомых, обменивались новостями, идеями и текстами, смеялись и пили чай (алкоголь был строго воспрещен).

Некоторое время спустя «отцы-основатели» отошли от этого дела, переключившись на другие вызовы, но проект только набирал обороты.

В 2013 году трагически погибла Таня Тихонова – во время отпуска в Римини ее насмерть сбил на краденом автомобиле лихой абориген. Еще год спустя подвал закрылся, «Ночи» переехали в Музей Алексея Толстого, настала моя очередь уйти, и Анна осталась единственным куратором, бессменным и по сей день.

2

В 2012 году я решила попробовать вести импровизационные группы с нелитераторами. На одной из первых собралось четырнадцать молодых и совсем не знакомых мне людей, которым это было интересно, – и импровизировали четыре с половиной часа. Самым удивительным оказался один молодой мужчина, который на первую тему написал три предложения, а когда читал их, едва разжимал губы. Но зато второе эссе уже стало в два раза больше, а главное – как он говорил! Он читал его громко, не стесняясь, и даже начал улыбаться!

Основываясь на уже обкатанной методике импровизации, я написала восьмичасовой тренинг. Он был адресован всем, кто испытывает «страх чистого листа» или переживает писательский кризис.

Тренинг я назвала «Пишу как дышу» по известной строчке Булата Окуджавы. Вместе со мной тренинг вел мой коллега психотерапевт Игорь Клюшанов. Часто к нам присоединялась его жена Лера.

Литературная импровизация стала сердцем этого тренинга, но там применялись и другие техники (в частности, дыхательные) для релаксации и сосредоточения, упражнения на наблюдательность, психологическая работа с внутренним критиком и другими внутренними фигурами, препятствующими свободе самовыражения.