Триггеры. Как запустить позитивные изменения в жизни

3. Осознание. Мы наиболее уязвимы для влияния среды, когда его игнорируем. Ежечасные вопросы стимулируют сознание с четкой регулярностью, нейтрализуют игнорирование и повышают степень осознания. У нас просто нет времени, чтобы забыть ситуацию или отвлечься от цели – ведь следующий экзамен уже через шестьдесят минут.

4. Оценка. Оценка своих действий добавляет к осознанию еще и размышление, что многократно усиливает первое. Одно дело работать в одиночку, совсем другое – под наблюдением начальника. Когда за нами наблюдают и нашу работу оценивают, осознание возрастает – вот только теперь мы сами наблюдаем за собой и оцениваем себя.

5. Повторение. Лучшая часть ежечасных вопросов – это частота повторения. Если мы поставили себе низкую оценку, то уже через час можем исправиться и добиться лучших результатов. «Второй шанс» встроен в структуру.

Ежечасные вопросы – это конкретный, краткосрочный механизм. Было бы непрактично и утомительно (и такой подход, несомненно, привел бы к истощению) полагаться на них при решении долгосрочных поведенческих проблем, таких как превращение себя в человека хорошего и доброго. Несмотря на острое самосознание, необходимое для таких перемен, цели, требующей настойчивости и постоянства, можно добиться с помощью ежедневного и еженедельного контроля. Вы каждый вечер отвечаете на ежедневные вопросы – и через несколько месяцев ощущаете результат. Это не мгновенное обращение в религиозную веру. Вам придется играть в долгую.

Ежечасные вопросы подходят для игры короткой – когда нужно сдерживать поведенческие импульсы в течение определенного периода времени. И сразу вспоминаются две универсальные ситуации:

Есть крайне неприятное событие – не просто нудное совещание или гости, приехавшие на выходные, но среда, в которой внутренний пессимизм может стать триггером бездумного и непривлекательного поведения в ходе события. Это может быть притворная дружба на корпоративном загородном семинаре, напряженный День благодарения в кругу родственников или неприятное родительское собрание. Если участвовать в этих событиях без структуры, которая поможет следить за словами и поступками, пессимизм станет самосбывающимся пророчеством. Мы создаем неприятности, которых и ожидали. Ежечасные вопросы – отличная структура для борьбы с пессимизмом. Это наш выбор.

А еще есть люди – люди, которые выбивают нас из колеи своим характером и поступками. Это может быть коллега с неприятным визгливым голосом или представитель клиентской службы, который шесть раз подряд дал один и тот же бесполезный ответ в разных формулировках, или всезнайка в школьном совете, или покупатель в супермаркете, который встал в кассу для тех, у кого меньше десяти покупок, хотя в его тележке не меньше двадцати товаров. Все мы встречали таких людей прежде, но до сих пор позволяем им выводить нас из себя. В те краткие моменты, когда мы особенно остро ощущаем бестолковость и негибкость других людей, ежечасные вопросы помогут нам вернуться к новообретенной невозмутимости.

Тут скрыта ирония: я не рассчитываю на ежечасные вопросы в крайне неприятных событиях и при общении с неприятными людьми. Совсем наоборот. Мне сложно справляться с ожидаемыми событиями и приятными людьми.

Представьте, что вам предстоит ужин в прекрасном ресторане с десятью лучшими клиентами. Не знаю, кто может назвать такое событие крайне неприятным – я тоже не могу. Моя проблема в подобной среде – чрезмерная радость и прожорливость. В такой чудесной обстановке мне нужна помощь, чтобы не поддаться всем искушениям стола. (В этой слабости я не одинок.) Праздничная атмосфера, общение с прекрасными людьми – все это делает меня еще более уязвимым. Такая ситуация буквально создана для нарушения дисциплины и злоупотреблений. Все это происходит в конце дня, когда уровень истощения выше всего. Еды и напитков за столом в изобилии – налицо реальная возможность. Все окружающие пребывают в приподнятом настроении, которое заразительно, что еще сильнее снижает самоконтроль. «Жизнь прекрасна, – твержу я себе, – так почему бы не насладиться моментом? А пожалеть можно и позже». Для меня это очень опасная среда. Я становлюсь живым доказательством того, что помощь нам нужна в те моменты, когда ее вряд ли получишь.

И тут на сцену выходят ежечасные вопросы. Я знаю, что очень уязвим в таких ситуациях, поэтому создаю для себя максимально широкую структуру. Я говорю себе, что не буду есть чудесный десерт. Иногда я заключаю договор со своим соседом, и это помогает нам обоим устоять перед соблазнительным пирожным. Порой, как Одиссей, который залил воском уши своих товарищей, я прошу официантов не обращать на меня внимания, если я попытаюсь заказать десерт. Но важнейший структурный элемент остается неизменным: я каждый час проверяю себя вопросом: «Сделал ли я все возможное, чтобы насладиться обществом присутствующих, а не обслуживанием и едой?»