Триггеры. Как запустить позитивные изменения в жизни

Всем нам известно, что такое высокая мотивация. Любой, кто присутствовал на пышной свадьбе, это видел. Абсолютное внимание к мелочам, отказ мириться с «достаточно хорошим», сила воли, необходимая, чтобы влезть в свадебное платье на два размера меньше обычного, – ничто не превзойдет мотивации невесты, которая готовится к дню свадьбы. (Представьте ощущения Майкла Фелпса, готовящегося получить восемь золотых медалей на Пекинской олимпиаде. А теперь умножьте на два.) Если бы мы могли запасать такую энергию, то в главах, подобных этой, не было бы необходимости.

Мы сразу видим такую мотивацию в колоссальных усилиях других людей: секретарь может задержаться допоздна, хотя мы уходим домой; ребенок, придя из школы, сразу же кидается делать уроки, а не замирает у телевизора. Такие вещи заметны и вызывают восхищение. Когда люди преодолевают соблазн «достаточно хорошего», это производит глубокое впечатление.

Всем известна и слабая мотивация, хотя в себе мы этого почти не замечаем. В те моменты, когда ослабевает или вовсе исчезает трудовой энтузиазм, мы готовы довольствоваться посредственностью.

В основе высокой мотивации лежит навык. Чем сильнее навык, необходимый для выполнения работы, тем легче нам качественно справиться с ней. Чем легче хорошо справиться с работой, тем больше удовольствия она доставляет. Чем больше удовольствия она доставляет, тем выше мотивация продолжать, даже если работа утомительна ментально (решение сложной технической проблемы), физически (бесконечное плавание на высокой скорости) или опасна (скалолазание). Когда у нас все получается, мы уходим в работу с головой, не думая о расходах и рисках.

И это совершенно понятно. Качественный труд обеспечивает позитивную обратную связь, и мы оказываемся в ее постоянно подкрепляющем себя цикле. После большого выигрыша в покер мы продолжаем играть. Растущая стопка фишек – красноречивое доказательство, удерживающее нас на месте.

Но мы часто недооцениваем оборотную сторону – ситуации, в которых недостаточный навык практически предопределяет слабость мотивации. Мы упускаем прямую связь между ним и слабым энтузиазмом, пока кто-нибудь на это не укажет.

Однажды я спросил у крупного руководителя:

– Что сделало бы вас счастливым?

– Умение хорошо играть в гольф, – мгновенно ответил он.

Не знаю, какого ответа я ожидал. Наверное, чего-нибудь глобального: мир во всем мире, прекращение голода… Но этот человек оказался не первым моим клиентом, буквально одержимым гольфом.

– А вы хорошо играете? – спросил я.

– Не очень. Конечно, на поле я не опозорюсь, но лучше играть у меня не получается.

– Сколько вам лет?

– Пятьдесят восемь.

– А в школе вы считались хорошим спортсменом?

– Довольно посредственным. Я занимался плаванием.

– Тренировки вам нравились?

– Я предпочел бы проводить это время с друзьями за играми.

– Итак, вам уже больше пятидесяти. Вы в том возрасте, когда ни одному спортсмену в истории не удавалось показывать результаты лучше, чем до пятидесяти. Вы не отличаетесь высокой координацией движений, так что врожденного навыка для этой игры у вас нет. И вы терпеть не можете тренировки, а это, как я понимаю, главное, что необходимо для совершенствования. Я правильно описал вашу ситуацию?

Клиент кивнул.

– Мой вам совет:

наслаждайтесь процессом игры и перестаньте стремиться к совершенству.

Вы вряд ли будете играть лучше, чем сейчас.

Я посоветовал этому человеку довольствоваться достаточно хорошим. Возможно, вам кажется, что это идет вразрез с содержанием главы, но нужно учесть очень важный фактор: когда отсутствие навыка значительно снижает мотивацию, разумная достаточность – прекрасный выход из положения. Не идеальный, конечно, но лучше, чем обманывать себя или заставлять других ожидать от вас потрясающих результатов, хотя вы можете выдать лишь что-то слабое и невнятное. Слабая мотивация приводит к слабым результатам. (Удивительно, но подобный вывод для многих становится сюрпризом.)

Мы недооцениваем влияния качества целей на мотивацию. Не исполняем новогодних решений, потому что наши цели почти всегда слабы, и мы стремимся к ним со слабой мотивацией. Вместо того чтобы поставить важную цель – например, уйти с ненавистной работы – мы формулируем расплывчатые, неопределенные, как, например, «записаться на курсы» или «больше путешествовать». Слабая цель ослабляет наши усилия.

И наконец, мы недооцениваем скорость, с какой мотивация слабеет при первых признаках прогресса. Принцип разумной достаточности просачивается в нашу душу тихой сапой. Я замечаю это в своих клиентах. Они начинают личные занятия с высокой мотивацией, но после шести-восьми месяцев прогресса в достижении межличностных целей она слабеет. Им кажется, что они «решили» проблемы и можно больше не сосредоточиваться на отношениях целиком и полностью.