Трудные чувства. Понять себя, простить других

Многие жизненные ситуации требуют психологической стойкости. Некоторым людям, таким как тип «поплавок», или тем, кто страдает от «усталости», вначале могут потребоваться силы для решения жизненных проблем. Их выбор по умолчанию — уступить, что может принести еще больше страданий, если сложится трудная ситуация. Важно установить границы для поведения окружающих, когда оно причиняет нам боль.

Паула, физиотерапевт, четыре года была замужем за мягким, образованным, красивым мужчиной, Кайлом. Его родная семья имела давнюю историю алкоголизма, и после года брака Кайл попал в ту же ловушку. Паула жалела его и наслаждалась его компанией, когда он был трезвым, но со временем поняла, что является единственным кормильцем в семье, а партнер все больше отдаляется от нее эмоционально. Когда Паула поймала себя на том, что заигрывает с коллегой за обедом, она решила, что ей стоит предпринять шаги для решения семейной проблемы.

Кайл отказался признать, что страдает алкоголизмом, поэтому Паула обратилась за помощью в Общество анонимных алкоголиков. В течение следующих трех лет она поочередно жалела Кайла и злилась на его эмоциональную и финансовую отрешенность от нее и их двух детей, а также на нежелание бросить пить. Борьба Паулы была подтверждена на собраниях общества АА, что придало ей решимости обратиться за юридической консультацией по поводу развода. Узнав об этом, Кайл по-прежнему отказывался признать, что у него есть проблемы, обвиняя в алкоголизме Паулу и их несчастливый брак. Паула всегда считала развод последним средством, из-за чего чувствовала себя ужасно, словно Бог разочаровался в ней; попала в ловушку стыда и вины. Постепенно она открылась боли, которую испытывала, приходя каждый вечер с работы домой — к мужу, смотрящему телевизор в компании мартини. «Я заслуживаю счастья, — услышала Паула свой голос. — Мне тоже нужны моменты отдыха. Я не заслуживаю того, чтобы быть одинокой, злой и несчастной все время». Паула ушла от мужа.

Когда мы обратим внимание на внутренние переживания и примем то, как на самом деле себя чувствуем — несчастными, потерянными, опустошенными, стыдящимися, отчаявшимися, — скорее всего, обнаружится огромный запас сил и решимости. Как мать, защищающая детеныша, внутренняя мягкость часто приводит к внешней жесткости. Основой же установления ограничений для других является знание собственных границ.

Если мое нынешнее отношение к боли и страданиям так важно для эмоционального исцеления, значит ли это, что я должен просто оставить прошлое позади?

Этот вопрос отсылает нас к дискуссиям, которые я вел с психотерапевтами, обученными изучать опыт раннего детства своих пациентов. Действительно важно понимать, как прошлое нас сформировало. Наши основные эмоциональные привычки — значимые объекты для осознанного самосострадания (см. «я-схемы» в главе 4), и знание деталей жизни помогает нам принять их в полной мере.

Помните Мишель, молодую женщину, описанную в главе 1, которая не могла контролировать румянец? Она всегда была очень чувствительным человеком, больше, чем три ее брата. Ее отец — довольно строгий человек, не считавший нужным подбирать слова, если дети его расстраивали. Мишель также была прекрасным ребенком, которому уделяли много внимания благодаря ее внешности, но школьные занятия давались ей нелегко. Она боялась каждого сентября, когда начиналась школа, особенно после беззаботного лета. Девочка усердно занималась в школе, в итоге преуспела и окончила хороший университет.

Однако глубоко внутри Мишель всегда чувствовала себя самозванкой. Она значительно превзошла достижения родителей, что, по ее мнению, стало возможным благодаря тяжелому труду, а не уму или компетентности, и усвоила критические замечания отца. Когда Мишель стала ходить на собеседования, она была уверена, что ее недостатки бросаются в глаза интервьюеру, особенно если это был мужчина.

Мишель увлеклась терапией после того, как обнаружила, что техники, основанные на принятии, помогли ей перестать краснеть от смущения. Но увлечение быстро привело к разочарованию, которое затянулось на многие месяцы. Недостаточно просто «принять», что покрываешься румянцем, — нужно понять, что лежит за этой реакцией. По иронии судьбы у Мишель произошло осознание во время осенней депрессии. Она не могла понять, почему так плохо себя чувствовала, пока не связала это с возобновлением учебы в школе и ужасом, который всегда испытывала в это время года. «Мой отец всегда говорил мне, что я не такая умная, как мои братья. Я никогда не смогла бы доказать ему обратное. Это было ужасно».