В конечном итоге ваш партнер имеет дело не с вами, а с тем образом, который вы ему предоставили. Он не знает, что вы любите, а что – нет. Он не предполагает, что вы терпите ради того, чтобы он наполнил вас любовью. И если он этого не сделает в том виде, как вам это нужно, он может столкнуться с вашей злостью и разочарованием. И будет не понимать: «А что случилось? Я думал, тебе нравится играть с моим ребенком от первого брака…», «Я не знал, что тебе тяжело выслушивать меня, когда я делюсь с тобой», «Я не предполагал, что тебя так раздражают мои интересы».
Подавление себя не проходит даром и накапливается в виде
Через определенное время у вас обоих появляется воз претензий – как же так? Обещал, но не сделал? И каждый из вас оказывается в недоумении: «Почему же ты молчал? Почему не говорил, что тебе так плохо?» И претензии идут на новый виток: «Я знал(-а), что ты меня никогда не любил(-а)!»
Что происходит? А вот что: вы оба молчали, потому что нужда была настолько сильной, что ради ее удовлетворения вам казалось, что можно забыть про себя настоящего. Никто из вас не знал, что вся эта конструкция продержится до поры до времени. Когда начались выяснения, важно понять: это неизбежно. Если вы оба играли роли, значит, подавляли себя ради удовлетворения нужд в любви. А если подавляли себя, значит,
Если вы заметили, что стараетесь ради того, чтобы нравиться, постарайтесь избавиться от этой привычки. Подавление себя хорошим не заканчивается. Если же страшно проявлять себя настоящего, значит, пришло время обратить на это внимание и начать по шагам свое исцеление.
Особенность детского восприятия заключается в том, что ребенок не может целостно видеть то, что с ним происходит. Если его ругают, он думает, что он плохой. Он не может осознать, что его родители или воспитатели
1. Могут быть уставшими от своего чувства вины или долга или других деструктивных состояний.
2. Не прожили свое детство так, чтобы чувствовать себя детьми, а не взрослыми. У них нет «подключения» к состоянию ребенка, так как эта область у них «заморожена» или не принята. Мы делали выводы исходя из того уровня сознания и опыта, на котором находились.
3. Проецируют на ребенка тот образ, который им нужен, и не обладают достаточным количеством любви для принятия.
Не обладая всей полнотой картины, мы не учимся распознавать, кто за что отвечает. Нам кажется, что именно мы виноваты в том, что мама расстроена, а папа разочарован. Более того, мы даже не понимаем, что они чувствуют, и реагируем только на их отношение.
Многие люди так и остаются на детском уровне сознания, продолжая чувствовать себя плохими и виноватыми, если на них сердятся. Для того чтобы видеть картину целостно, нам нужно смотреть не из состояния Ребенка. Он видит картину не целиком, а фрагментами. Тех, кто кричит и ругается, он видит «плохими», а тех, кто добр и ласков – хорошими. В некоторых случаях такой взгляд отражает реальность. Так можно распознать преступника или по-настоящему доброжелательного человека. Но что делать, если добрый человек не в ресурсе и злится? Что делать, если добрый доктор вынужден сделать укол? Что делать, если мошенник и аферист под маской заботы хочет воспользоваться твоими ресурсами?
В более сложных ситуациях нам нужны более сложные способы реагирования. Нам помогли бы чутье, интуиция, способность воспринимать человека в разных состояниях. И, главное, нам нужно быть «в моменте», не откатываясь в свои травмы, которые искажают наше восприятие. Только поднявшись своим сознанием выше, а точнее – в целостность, мы сможем отличить – действительно ли чувства другого человека имеют к нам отношение или же он находится в своей реальности, в которой вы выступаете триггером. Действительно ли он – то, что он транслирует, или же это только маска? Действительно ли он однозначно «плохой» или однозначно «хороший» или же вы находитесь в сознании ребенка?