У каждого свой Эверест. Как опыт реальных восхождений помогает вдохновлять команды и управлять проектами

Мои связи в ИТ-индустрии помогли мне привлечь к перехвату управления именно такую команду, которая за считаные дни проникла в компьютер нашего партнера и обезопасила нас от потери серверов и базы данных. Затем настало время перевербовать на свою сторону команду разработчиков и найти им нового лидера. С каждым в команде мне пришлось проводить откровенную беседу, разъяснять ситуацию и просить подождать, не увольняться, пока мы испытывали финансовые затруднения.

Все это заняло немало времени, и моя обычная двухнедельная командировка в Киев растянулась сначала на три месяца, затем на полгода, а затем и вообще вынудила фактически переехать в Киев.

С партнером мы расстались сразу, как только риски для проекта были ликвидированы. Состоялся непростой трехсторонний разговор, в ходе которого он признал свою ложь и согласился вернуть компании те акции, которыми он владел. Он подписал все бумаги, а затем исчез со всех радаров, поменял телефоны, развелся с женой. Зарплату команды за полгода он не вернул, эти инвестиции пришлось списать.

Дальнейшая судьба этого человека меня больше не волновала, как не волновало и то, куда он дел украденные деньги. Мне потом говорили, что он приобрел недвижимость и гражданство в соседней Литве, но у меня не было ни времени, ни желания проверять эти слухи.

Тем временем проект находился на стадии, когда мы начали активно работать над моделью монетизации. К гибриду социальной сети и горной энциклопедии мы добавили модуль бронирования и оплаты гидов, поездок и снаряжения. Для разработки этого модуля требовались значительные инвестиции, которые пришлось привлекать с внешнего рынка.

Было принято решение продать часть акций австралийской компании, а на вырученные деньги реализовать модуль бронирования и оплаты. Поскольку новые инвесторы базировались в Москве, центр разработки на нестабильной Украине никому не нравился, и было принято решение постепенно переносить офис в Москву.

На протяжении полугода я каждую неделю летал по маршруту Москва – Киев, но в октябре мне удалось найти в Москве специалиста, который был готов подхватить эту роль и постепенно перенести все компетенции из Украины в Россию.

Целью той командировки из Москвы в Киев 23 октября 2017 года как раз и было погружение нового руководителя во все процессы разработки.

И я снова хочу вернуться в тот день, чтобы проиллюстрировать простую, но важную мысль, которую сполна прочувствовал на себе.

О пользе пристегнутых ремней и планирования рисков

Я стоял у разбитого такси с телефоном в руках, а сотрудник скорой помощи настойчиво убеждал меня пройти с ним в их автомобиль, чтобы провести первичный осмотр.

Способность соображать постепенно возвращалась, и я понял, что поскольку МКАД перекрыт из-за нашей аварии, другое такси ко мне приехать не сможет. Делать было нечего, и я решил проследовать за врачом в карету скорой помощи, где меня быстро осмотрели.

На первый взгляд у меня ничего не было сломано, но врач диагностировал сильное сотрясение мозга и стал уговаривать меня поехать в больницу, чтобы пройти более детальный осмотр. Я ни в какую не соглашался с его доводами, убеждая, что со мной все в порядке и мне просто жизненно необходимо лететь сегодня в Киев. В конце концов, потерявший всякое терпение врач с недовольством на лице протянул мне листок бумаги и карандаш, попросив написать отказ от госпитализации.

Заполнив необходимые документы, я вышел из машины скорой помощи и увидел, что полиция уже стала постепенно открывать движение. Сообразив, что раз движение начало восстанавливаться, то это значит, что ко мне на место аварии сможет приехать другое такси, я достал свой телефон и попытался сделать еще один заказ.

В 2017 году мобильное приложение Uber еще не обладало тем многообразием функций, которые есть в нем сегодня. Программа считала, что я все еще в дороге, и не позволяла сделать новый заказ. Удивившись, что мой водитель не остановил поездку, я решил отменить текущий заказ и сделал новый. Машина должна была подъехать через десять минут, и это означало, что у меня еще были шансы успеть сегодня на самолет в Киев.

Вспомнив, что у меня был с собой небольшой чемодан, я вернулся к разбитому такси, и у меня впервые появилась возможность оценить ущерб, который нанесли автомобилю несколько столкновений. Изначально мне была видна только передняя часть машины, которая была сильно разбита, а также моя сторона, которая практически не имела следов повреждений. Мой чемодан лежал в багажнике автомобиля, и я обошел машину сзади, чтобы открыть багажник.

Боковым зрением я заметил, что врач скорой помощи вышел за мной и постоянно сопровождал меня сзади, готовый в любой момент поддержать. Видимо, сам того не осознавая, я при передвижении достаточно сильно раскачивался, пытаясь привести себя в равновесие, и заботливый врач просто не мог меня оставить на трассе на произвол судьбы, несмотря на подписанные документы об отказе от врачебной помощи.