Убейте собаку! Или Первая правдивая книга о сценариях

Прогулка с ним по китайскому кварталу Лос-Анджелеса в одно субботнее утро оставила невероятное впечатление. Примерное схожее с тем, какое вы бы испытали, находясь рядом с Beatles в 1960-е годы. Повсюду нас встречали толпы, и запланированная двадцатиминутная прогулка с целью купить угощения для Жасмин превратилась в двухчасовой праздник выражения любви. Юнь-Фат улыбался на всех фотографиях, раздавал автографы, следил за тем, чтобы каждый фанат получил свою долю внимания и почувствовал, что он здесь единственный. Когда мы наконец смогли уйти, я спросил его: «Вы никогда не теряете терпения из-за всех этих людей?» Юнь-Фат улыбнулся своей лучезарной улыбкой и ответил: «Нет. Я обязан им всем. Без них я ничто».

Есть несколько американских знаменитостей, которые могли бы поучиться у Юнь-Фата. Итак, какое отношение это отступление имеет к тому, как я стал профессиональным сценаристом?

Мы с Юнь-Фатом стали хорошими друзьями. Ему нравилось, что я неплохо осведомлен о гонконгском кино и обо всех его предыдущих работах. Мы говорили об особенностях написания сценариев в Гонконге и Америке, о своих любимых книгах и о писателях, которыми восхищались. Он знал, что я хочу стать сценаристом и много лет работал в качестве дублера, пока писал свои небольшие сценарии. Когда мы заканчивали работу над «Убийцами на замену» и готовились к поездке в Нью-Йорк на съемки «Коррупционера», Юнь-Фат однажды пригласил меня на прогулку. Некоторое время мы шли молча, что случалось нередко, а потом он спросил, как продвигается мое писательство. Я дал ему свой стандартный ответ: «Дела идут отлично, вот только трудно найти время, чтобы писать, бла-бла-бла». Мы прошли еще немного в тишине. Потом он спросил: «Знаете, что я отвечаю, когда люди спрашивают меня, как стать актером? Я говорю им: начните играть».

Он остановился и с ухмылкой уставился на меня. Я тупо кивнул, и тогда он наклонился ко мне и очень тихо сказал: «Если вы поедете с нами в Нью-Йорк и продолжите работать ассистентом, я вас уволю».

Затем он обнял меня, и мы пошли дальше.

Я не поехал с ним в Нью-Йорк и через полгода получил свое первое оплачиваемое место сценариста.

«Фелисити»

Когда Джей Джей Абрамс нанял меня на мою первую штатную должность, я был в восторге – не только оттого, что получил свой шанс сменить занятие, но и оттого, что мне предстояла работа в одном из самых популярных сериалов на телевидении и я сотрудничал с таким талантливым человеком, как Джей Джей. Это было незадолго до того, как он стал известным, но в Голливуде его знали все. Он был потрясающим сценаристом и только что подписал внушительный контракт со студией Disney.

Он нанял меня во время встречи и собеседования в гостиничном номере в Chateau Marmont, печально известном отеле на Сансет-Стрит. Настоящее безумие заключалось в том, что сериал только открыл второй сезон, и Джей Джей хотел, чтобы я немедленно присоединился к сценарной комнате в офисе «Фелисити».

В то время я понятия не имел, насколько это безумно, потому что у меня не было никаких ориентиров. Я послушно сел в машину и за 45-минут добрался до своей первой официальной работы в штатной должности!

Когда я приехал в офис, там было всего три других автора, и они уставились на меня как на инопланетянина. Я представился в качестве нового сценариста, и, признаюсь, новость не вызвала у них восторга. Я объяснил, что Джей Джей буквально час назад нанял меня после беседы в Chateau Marmont и велел приехать сюда. Они спросили, для каких шоу я писал сценарии. Я ответил, что это мой первый опыт. Они переглянулись. Я пробыл там всего пять минут, но возникшую за это время напряженность можно было разрушить только бензопилой.

Я сел, и они продолжили то, чем занимались до моего прихода: попытались развивать сюжет. Хотя это была первая сценарная комната, в которой я оказался в качестве реального сотрудника, мне доводилось много раз бывать в них раньше. В этом сериале, созданном Дэвидом Э. Келли, работали опытные профессионалы, но за те четыре или пять дней, что я провел рядом с ними, мне показалось, что комнату, где рождался сюжет «Фелисити», населяли сценаристы, которые, в общем-то, не имели ни малейшего представления о том, что делают. А если и имели, то их отношение к делу было настолько кислым и язвительным, что мешало им выполнять работу качественно.

Я совершил ошибку, открыв однажды рот, но не для того, чтобы что-то предложить, а чтобы задать вопрос, и презрение, полученное в ответ, заставило меня замолчать на оставшиеся два часа.

Когда они наконец объявили конец рабочего дня, не сделав ничего, кроме как прикрепив на доску одну карточку, двое из сценаристов тут же ушли. Старшая из них осталась, притворяясь, будто складывает бумаги в стопку. Я решил, что она хочет поговорить, и признался, что очень рад попасть туда и научиться всему, чему смогу.