Утраченный звук. Забытое искусство радиоповествования

Двадцативосьмиминутный коллаж странен, величественен и ироничен. Выдержки из «Тибетской книги мертвых», озвученные женским голосом, поражают не только возвышенным стилем текста, но и волнующим ощущением загробной жизни («На Третий День желтым светом засияет перед тобой прообраз земли»[568]), навеянным буддистской мыслью. Повествовательница улавливает высокое качество прозы, при этом не забывая о ее странности. Этот возвышенный голос перемежается с хриплыми голосами астронавтов «Аполлона» и персонала Центра управления полетом: «Говорит управление запуском „Аполлона“/„Сатурна“. Мы готовы к запуску „Аполлона-11“».

«Тибетская книга мертвых» — это погребальный текст, описывающий опыт сознания после смерти, в промежутке между уходом из жизни и последующим перерождением. Традиционно живые вслух читали книгу умершим, чтобы помочь им найти путь к перерождению. Величественный стиль «Тибетской книги мертвых», ее дантовское видение грядущего, как нельзя более противоречит фрагментам речи НАСА, которые мы слышим в «Реках черепа». Ирония становится еще более заметной благодаря параллельному монтажу:

Тибетская Книга Мертвых: В это время ни родственнику, ни другу не следует позволять плакать и причитать: это вредно для умершего; поэтому удержи их. О благороднорождённый, твое дыхание сейчас остановится. Гуру подготовил тебя к встрече с Чистым Светом.

Аполлон-11, офицер по связям с общественностью НАСА: 30 секунд, отсчет времени продолжается. «Самочувствие хорошее», — доложили астронавты. T-минус 15 секунд, управление автономное, готовность 12, 11, 10, 9 секунд, происходит самовозгорание горючей смеси, готовность 6, 5, 4, 3, 2, 1, ноль секунд, работают все двигатели. ПУСК! Запуск «Аполлона-Сатурна» совершен, время час 32 минуты. Полет «Аполлона-11» начался.

Тибетская Книга Мертвых: И тогда один из Палачей-Мучителей Бога Смерти набросит тебе на шею петлю и повлечет за собой. Он отсечет тебе голову, вырвет сердце, вывернет чрево, высосет мозг, выпьет кровь; он пожрет твою плоть и изгложет кости, но ты не сможешь умереть. На тебя налетят ветры, ледяные шквалы и град, тебя окружит мрак и будут преследовать толпы людей. Ты увидишь пещеры в скалах, глубокие норы в земле и туман.

Аполлон-11, Базз Олдрин: Эй, Хьюстон, возможно, это было слишком долгой заключительной фазой. Автоматическое наведение вело нас прямо в кратер размером с футбольное поле, усеянный крупными валунами и камнями примерно на один-два диаметра вокруг, и потребовался P66 и полет вручную над полем с камнями, чтобы найти пригодную область[569].

Эффекты программы ограничивались эхом капель воды, которые отсылают к сцене смерти в открывающих программу цитатах из «Тибетской книги мертвых» (повествовательница: «Ощущение тяжести в теле — „земля в воде“. Ощущение холода, словно тело оказалось в воде, которое постепенно переходит в лихорадочный жар — „вода в огне“»). Выступая голосом «Тибетской книги мертвых», повествовательница поддерживает жуткий дух загробного ритуала, рядом с которым обычно банальные звуки НАСА кажутся странными и потусторонними, будто космический полет обрел собственный голос[570].

Сегодня поборники общественного радио, вероятно, думают о воскресных программах как о чем-то вроде «Великолепного застолья» Линн Россетто Каспер или «Этой американской жизни» Айры Гласса. Скорее всего, такое произведение сюрреалистического саунд-арта, как «Реки черепа», сократило бы фонд Эн-пи-ар на несколько долларов. Может, в те времена мы были более авантюрными слушателями? Не утратили ли мы чувство акустического любопытства? В 1970-х годах, когда продюсеры Эн-пи-ар принимали решения, не обращая внимания на рейтинги Arbitron, вкус к приключениям определял отношение молодой сети к повествованию, что напоминало о золотых годах радио. В это время Эн-пи-ар удивило даже само себя, наняв Джо Фрэнка (1978) и пустив в эфир эксцентричный «Словесный джаз» Кена Нордина (1980). Авторы, впоследствии ставшие культовыми, Фрэнк и Нордин хорошо подходили для экспериментов Эн-пи-ар с новыми формами повествования, которые, как и «Реки черепа», расширяли границы аудиального восприятия.