В одну реку дважды. Сирийская война глазами русского наемника

Командный пункт российских советников находился на территории огромного богатейшего поместья, окруженного красивым забором. Советники с комфортом расположились в главном доме поместья, который своими интерьерами скорее напоминал санаторий, чем временное военно-полевое пристанище. Наемники о таком и мечтать не могли — им приходилось довольствоваться теми условиями, которые имелись на рубеже, достигнутом во время боя. Разговор с офицерами управления был недолгий, но содержательный. Старший, в звании полковника, развел руками и честно признался в том, что не в состоянии немедленно произвести требуемую замену, поскольку не может собрать из подотчетных ему частей отряд нужной численности, а сформированная ранее группа наполовину разбежалась. Вот вам и героическая армия, вот вам и верящий в своего президента народ. Пригласив легионеров выпить кофе, полковник, рассказывая о житье-бытье, между делом обмолвился, что попал в командировку благодаря взятке в размере денежного оклада первого месяца пребывания в горячей точке. Свою поездку в Сирию он рассматривал как удачное вложение в будущее. И деньги вернутся с наваром, и корочка участника боевых действий с причитающимися к ней льготами будет совсем не лишняя, да и такой факт в служебной биографии, конечно, станет весомым козырем в дальнейшей карьере. Вот так теперь командный состав нашей несокрушимой и легендарной относится к службе: вложил деньги — получил прибыль. Возможно, когда-нибудь этот полковник станет генералом, но о том, что давал взятки на пути продвижения к золотым погонам с большими звездами, в своих мемуарах упоминать не станет, зато напишет, что он как настоящий служака, выполняя приказ родины, брал под козырек и, не рассуждая, отправлялся выполнять свой воинский долг в самые горячие точки планеты.

Смена на следующий день все же прибыла. В кузовах изношенных грузовых автомобилей российского производства, среди сумок, матрасов и прочего хлама кое-где виднелись люди в форме и с оружием. На одном из «Уралов» была установлена палатка, из торчащей в ней трубы вырывался дымок. Когда эта цыганщина начала выгружаться, выяснилось, что союзники, имея в наличии пару минометов, вместо боеприпасов к ним погрузили матрацы, газовые баллоны и посуду. Сопровождавший садыков российский советник разразился длинной матерной тирадой, помянув при этом всех причастных, начиная от рядовых сирипутов и заканчивая президентом этих «дебилов и уродов», — накипело у мужика. Наемники, ухмыляясь, грузились на прибывший за ними транспорт, снисходительно наблюдая за заботами советника: да уж, нелегко работать с такими подопечными.

Захват аэропорта, позволивший перерезать дорогу на Ирак через Дейр-эз-Зор, стал ключевым моментом в операции по возвращению Пальмиры, и легионеры в ней были далеко не статистами. Но в официальных военных сводках, передовицах газет и телевизионных новостях об этом не будет сказано ни слова. И хотя участие русских солдат удачи в сирийской войне давно стало секретом Полишинеля, все старательно делают вид, что это военная тайна. И конечно же, все почести и награды в очередной раз обойдут наемников стороной. Но легионерам к этому не привыкать, и это их не тяготит. У них своя мера воинской доблести, и каждый по ней получает ту долю уважения, которую он заслужил.

Еще несколько дней легионеры располагались на месте, но последовал новый приказ и за ним — поспешные сборы. Дорога прежняя — обратно, на свое основное направление, на нефтеносные районы.

Глава 30.А на премиальные не кинут?

Тела двух легионеров, прикрытые брезентом, лежали в кузове «Урала». Мартин, опустившись на колено, осторожно сдвинул полог, прикрывающий головы и плечи трупов. Лишенная жизненных красок кожа обтягивала внезапно похудевшие скулы, на лице запечатлелся оскал от боли и непонимания происходящего. Бесповоротность случившегося не укладывалась в голове — парни были мертвы, и ничто их не могло оживить. Особенно горьким было то, что их убили свои.