Великая княгиня Елизавета Федоровна. И земная, и небесная

Кажется абсурдным, но охранка прекрасно знала от Азефа о готовящихся покушениях, в том числе и на Сергея Александровича, но в одних случаях она эти преступления пресекала, а в других бездействовала в соответствии с особыми указаниями. Французский социалист Жан Лонге в книге «Террористы и провокаторы» писал: «Московские сыщики в продолжение нескольких дней не прекращали внешнего наблюдения за террористами и по пятам следовали в особенности за тремя из них, в том числе Каляевым. Они даже телеграфировали в Петербург, испрашивая разрешения арестовать участников заговора, но им ответили, что не следует предпринимать ничего до получения специальных инструкций из столицы». Директором департамента полиции в начале 1905 года являлся Алексей Александрович Лопухин. Генерал-губернатор Петербурга Дмитрий Федорович Трепов потребовал от него немедленного усиления охраны Сергея Александровича, и Лопухин наотрез отказал. То есть, кроме «борцов за народное счастье» кому-то еще, куда более влиятельному, нужна была эта смерть! Но кому? «Имя, как и мотивы, – пишет Дмитрий Гришин, – вероятно, навсегда останутся неразгаданной тайной. Хотя весьма любопытно посмотреть в данной связи на последующую судьбу Лопухина. После увольнения из департамента, случившегося ровно через месяц после теракта в Москве, он вдруг становится активным борцом с секретными методами работы своих коллег… и, наконец, лицом и порученцем… банкира Л. Полякова». Братья Поляковы являлись богатейшими людьми России начала XX века: Яков Соломонович – финансист, Самуил Соломонович – железнодорожный магнат, а Лазарь Соломонович – банкир, возглавлявший крупнейшие банки, такие как Московский международный торговый банк, Московский земельный банк, Петербургско-Московский и Орловский коммерческие банки. Последний, кстати, очень много занимался благотворительностью, выступал попечителем Императорского человеколюбивого общества в Москве, а Сергей Александрович вдобавок уважал его за неоценимый вклад в строительство Музея изящных искусств имени Александра III. Гришин намекает на связь Лазаря Полякова с деятельностью, а точнее, бездеятельностью Лопухина. Он же заявляет: «Разумеется, рассуждать здесь можно лишь гипотетически, но ряд косвенных данных позволяет предположить на месте заказчиков представителей иностранного капитала. Их стремление усилить и без того тяжелый кризис, поразивший Россию, вполне понятно. Объясним и выбор цели – Сергей Александрович уже давно вызывал раздражение в определенных кругах на Западе своей позицией по политическим и национальным вопросам».

Все это близко к истине. Но ведь с 1 января 1905 года Сергей Александрович уже не был генерал-губернатором, почему же его не оставили в покое? Да потому что он оставался действующей боевой единицей реакционных сил, стремящихся не допустить развала России. Освобожденный с одной должности, он мог в скором времени получить другую, не менее важную, и там продолжить свою контрреволюционную деятельность.

3 февраля Сергей и Элла провели вместе свой последний день. Завтрашний оборвется на середине. В дневнике Сергея Александровича финальная запись: «3 февраля. Николаевский дв. Принимал все утро. Доклад Рауша. Завтракали все чиновники особ. пор., и я обновил их чудный водочный прибор. В половине 3 ч. к Данилову – долго сидел у милого старика, он мне рад! Читал, дремал, чай endeux (вдвоем. – Авт.). Писал аттестации. Читал детям. Они в восторге от вчерашней оперы. Обедали Стенбок и Шостаковский – с ними и Степановым в тетку». Тетка – это такая карточная игра, она не для взяточников, поскольку в ней главное – не брать взятки. Дамы в этой игре называются тетками, откуда и название, и взятка, в которой есть тетка, штрафуется вдвойне.

Разгребал дела, пил водочку с чиновниками особых поручений, беседовал с генералом Михаилом Павловичем Даниловым, с которым вместе воевал когда-то на Балканах против турок, читал, дремал, пил чай вдвоем с женой, играл в карты. Обычный день. Если не знать, что завтра откроется путь «в ту неизведанную страну, из пределов которой ни один путешественник не вернулся».

Рано или поздно это роковое завтра наступает для каждого человека, жаль только, если этому человеку еще и пятидесяти не исполнилось. 4 февраля оно наступило для Сержа. Утро он провел дома, разбирая дела, пообедал в кругу семьи, поцеловал жену и племянников, стал собираться на Тверскую. Элла все утро провела на складе и к полудню отправилась домой обедать с мужем и детьми. После обеда она собиралась навестить супругу управляющего Двором, графиню Менгден, недавно перенесшую операцию, а затем тоже поехать на Тверскую. Вспоминали, что в то утро она была как никогда свежа и хороша, в легком светло-голубом платье.